Старк побрел за ним.
Треон подошел к пьедесталу статуи, нажал в определенном порядке несколько скрытых рычажков, и одна из черных плит бесшумно отошла. Старк увидел каменные ступени, уходящие вниз.
Глава X
Они спустились в подземелье, которое освещалось лишь тусклым светом тумана от движения их тел.
— Катакомбы — с гордостью сказал Треон. — Лабиринт показан на карте. Ее нашел мой отец.
Рассказывая Старку историю лабиринта, которую тот уже слышал от Варры, Треон уверенно шел мимо темных боковых коридоров.
— Здесь вся история города. У его жителей просто не хватило духа уничтожить все эти бесценные знания. Оружия здесь нет — это был не воинственный народ, да и вообще мне кажется, что Лхари, использовали оружие только для защиты от хищных животных.
— Я думал, — глухо сказал Старк, — что лабиринт находится под разрушенным зданием.
— Мы тоже так думали — для этого древние и разрушили его, а мы, Лхари, уже шестнадцать лет убиваем мужчин и женщин, чтобы убрать обломки.
— Давно ты узнал?
— Недавно. Я очень долго искал секрет катакомб, пока остальные спали.
— И ты ни с кем не поделился этой тайной?
— Да нет же! Ты думаешь, что если я расскажу, то это положит конец рабству и смерти. А дальше? — Глаза Треона сверкнули. — Лхари поставят на колени весь мир. По-моему смерть немногих гораздо лучший выход.
Свернув в сторону, они прошли между приоткрытыми створками золотой двери и оказались в огромном зале.
Голос Треона торжественно прозвучал в этом мрачном склепе, освещенном мерцающими сполохами.
— Это место захоронения королей. Оставь малышку здесь.
Старк увидел саркофаги из черного мрамора, которые стояли ровными рядами и эти ряды были так длинны, что им, казалось, не было конца. В саркофагах лежали старые короли с мудрыми неземными лицами, отмеченными печатью покоя. Тела их были покрыты шелковыми покрывалами, руки сложены на груди.
Старк, осторожно опустив Зерит на мраморное ложе, накрыл ее тело шелком и закрыл ей глаза. Потом они вышли.
— Треон!
— Да?
— Ты произнес пророчество, когда я пришел в замок. Я исполню его.
Треон кивнул.
— Таков путь пророчеств.
Они направились вглубь катакомб, и Старку вдруг показалось, что какая-то неукротимая сила несет его вперед, сметая все на своем пути. Он содрогнулся, увидев в уродливой фигуре Треона тень судьбы.
Они долго блуждали по мрачным катакомбам, пока Треон не остановился перед закрытой на массивный засов дверью. Там, в красном сумраке, сидела ужасная, невероятно уродливая фигура. Она была так страшно искажена, что по сравнению с ней тело Треона казалось почти прекрасным. Ее глубоко ввалившиеся глаза хранили мудрость, одна из семипалых рук казалась гладкой и нежной.
Старк отшатнулся — фигура вызывала в нем животный ужас. Он рванулся бежать, но Треон удержал его.
— Подойди ближе. Он мертв, но у него для нас есть сообщение.
Землянин осторожно приблизился, как вдруг фигура заговорила.
— Посмотри на меня. Посмотри и подумай прежде, чем захватить ту силу, что находится за дверью!
Вскрикнув, Старк отскочил. Треон улыбнулся.
— Со мной было то же самое. Он говорит не голосом, а где-то внутри мозга и только в том случае, если кто-то приближается к нему.
Старк лихорадочно соображал… Похоже, что мысль-сообщение включалась электронным лучом. Древние хорошо позаботились о том, чтобы их предупреждение было услышано любым существом, решившим загадку катакомб. Мысль-образ, переданная непосредственно в мозг, не знает границ, времени и языка.
Он шагнул вперед и снова услышал металлический голос:
— Наша раса вмешалась в тайны богов, но мы не желали зла. Мы просто мечтали сделать всех живых существ такими же прекрасными, как наши дома и сады, еще не зная, что нарушаем Закон.
Я был одним из тех, кто нашел способ изменять живые клетки. Мы использовали невидимую силу, пришедшую из страны Богов, и сумели так овладеть ею, что могли лепить живую плоть, как гончар глину. Мы лечили больных и увечных, восстанавливали рост и выпрямляли тех, кто вышел из яйца согнутым, самонадеянно считая себя братьями богов. Даже я сам, даже я, познал радость совершенства. Затем пришла расплата.
Клетка, которую изменили однажды, уже никогда не останется прежней…
Мутации, накапливались медленно. Сначала мы не замечали их, а когда обнаружили, то было уже слишком поздно. Наш город стал городом чудовищ. Сила, которую мы использовали, принесла нам только горе — чем больше мы старались привести чудовищную плоть к ее нормальному виду, тем больше, стимулировали клетки, пока тела, над которыми мы работали, не стали похожими на мокрую глину, расползающуюся прямо на глазах.