На лице бабушки Ангелины, которую Шама продолжал называть Свирелью, на мгновение появилась смесь из злости и презрения. Она сделала едва различимое движение и тут же в её руке появилось нечто вроде короткой и тонкой веточки молодого дерева, на которой даже был живой, зеленый листик.
-Ооо, -коротко протянул лис, голосом полным сарказма. -Надо же, впечатляет.
-Говорю тебе последний раз, перевёртыш, -зло произнесла бабушка. -Убирайся отсюда, пока можешь ходить. Больше повторять не буду.
Лис казался спокойным, даже расслабленным, но я через слишком многое прошла вместе с ним, чтобы купиться на это. Я уже видела эту позу, то как он стоял и держался, видела этот взгляд, видела как с точной такой скоростью, словно неторопливая, но сильная метла, позади него покачивался хвост. Я видела каждый из этих признаков и знала - он был готов драться, а достать ножи для него было делом мгновения.
А затем меня захлестнул ужас от одной только посетившей меня мысли. Если бабушка знала Шаму, значит знала и то на что он был способен, а значит была, или по крайней мере считала себя, равной ему по силе. И тогда я представила, как лис вновь, как тогда, в лесу, взывает к своим пламенеющим богам, призывает в руку крохотную частицу раскаленной звезды и огненный ураган, которые разносят всё вокруг, насколько хватает зрения, и как бабушка отвечает ему в равной степени.
-Пожалуйста, перестаньте, -тихо взмолилось я, потому что видела, что я снова перестала для них существовать.
-При всём моём уважении к вам и вашим талантам, равно как и к вашей репутации, госпожа Свирель, -слова лиса струились расслаблено, неторопливо и даже дружелюбно, но на его лице не было и тени улыбки, -должен вас заверить, и вы уж простите за дерзость - мы с вами оба это знаем, я могу справиться с вами без всякой волшебной палочки.
Прозрение было таким болезненным, будто в основание мозга воткнулась ледяная игла. Он заговаривал ей зубы. Ждал чего-то, как тогда, когда сражался с Иваном. Я это видела, и мне казалось это настолько очевидно, что я не понимала, как не замечает этого она.
-Хочешь попробовать? -бросила она таким голосом, будто говорила с грубящим ей ребёнком. -Резко дернись и твои друзья будут отскребать от земли то, что от тебя останется.
Пара секунд промедление, в которые Шама застыл, словно в нерешительности, а затем он едва заметно, светло и радостно улыбнулся, и уже я знала - ловушка захлопнулась.
-Вы знаете, -задумчиво произнес он, поднимая глаза к небу, -по правда говоря - нет. Если подумать, то мне не интересны оба исхода нашего поединка. Но я позволю себе встречный вопрос - а со всеми нами вы справитесь?
Он медленно поднял правую руку, сложил пальцы пистолетом и выстрелил в неё из невидимого оружия, издав одними губами тихое и мягкое «пуф».
В ту же секунду на теле бабушки появились и замерли четыре мерцающие зеленые пятна - конечные точки маршрута проникающих сквозь тьму лазерных лучей. Опустив глаза она заметила первое пятно, которое застыло у неё на щеке, и тут же замерла как статуя. Еще два были на лбу и возле сердца, а третье застыло на палочке в её руке. В следующее мгновение прямо за её спиной, из ниоткуда, беззвучная, как тень, возникла Снег. В левой руке лиса, с холодными, как лед глазами, сжимала пистолет, который целился бабушке в затылок, а в правой держала длинный посох, сделанный будто из двух сросшихся и завившихся вокруг друг друга белых, лишенных коры древесных ветвей, каждая из которых заканчивалась острой пикой, словно большая деревянная вилка с двумя зубцами, которая едва не впивалась бабушке под лопатки.
-Вам мат, госпожа Свирель, -саркастично констатировал лис и развел руками, еще больше подчеркивая очевидность озвученного факта. -Подсказать вам сколько еще целятся вам в спину?
-Ах ты... сволочь, -озлобленно прорычала бабушка, но тем не менее пошевелиться не решилась.
-На вашем месте, госпожа Свирель, -издевательски произнес Шама, -то есть стоя двумя ногами в капкане, я бы не был так негативно настроен, и воздержался бы от необдуман...
-Да перестаньте же вы! -закричала я изо всех сил. -Остановитесь! Хватит! Из-за чего вы дерётесь?!
Теперь замер и Шама, словно вспомнив, что и я тоже была здесь. Бабушка посмотрела на меня загнанно, на как на фальшивую надежду, а вот на лице лиса мне казалось я заметила... грусть. Будто он внезапно осознал нечто, что его сильно опечалило.
-И правда, -странно и чуть расстроено произнес оборотень.
Его поза едва заметно изменилась, но для меня это изменение было очевидным - он лишился боевого настроя.
-Госпожа Свирель, позвольте мне выдвинуть вам встречное предложение, -серьезно заговорил лис, вновь переведя взгляд на мою бабушку, только в этот раз в его глазах не было ни лукавства, ни затаенной злости. -Я считаю, что у нас с вами нет причины для противостояние. Это не нужно ни нам, ни Симфонии, ни лично вам. Тем более, что ваша внучка человек, а не приз и не кубок, чтобы за неё бороться. Поэтому моё предложение таково - уйдите. Просто уйдите, сейчас. Мы забудем эту ссору и никто не потеряет лица. По рукам?