Никакого табака там и близко не было, но стоило мне едва вдохнуть этот букет ароматов и у меня тут же слегка закружилась голова.
-Сами делаем, -продолжил Шама. -Ну, Снег делает. Помогает запахи не чувствовать.
-Какие запахи? -сказала я, отмахиваясь от облака рукой, которое ко мне будто прилипло, и заодно оставляло запах на всём, до чего дотронется.
-Городские. У нас развитое обоняние, -лис пару раз показательно дотронулся указательным пальцем до носа.
-Это какие например?
Я хорошо знала разницу между городским, лесным и сельским воздухом, но никогда не придавала этому особого значения.
-Да все подряд. Выхлопные газы, жженая резина, асфальтовая пыль, гниль из помоек, всякая разлитая химия, нечищенные зубы, пот, ношенная одежда и обувь, духи, туалетная вода и прочая хрень, вот вроде твоего дезодоранта.
-Он без запаха, -тихо произнесла я и начала изучать свои ботинки.
-Ну да, конечно, для тебя, -съязвил лис.
Я буквально почувствовала, как мои щеки налились кровью, хотя гораздо больше этого коментария меня смутила мысль о том, какие еще мои запахи он чувствует.
-Да расслабься, -лис улыбнулся и по-свойски хлопнул меня по плечу. -В остальном ты приятно пахнешь.
Теперь я даже не была уверена какой из его комментариев смутил меня сильнее.
-Хочешь попробовать? -лис протянул мне самокрутку, зажимая её двумя пальцами.
Хорошей идеей мне это не показалось, но мне очень хотелось чем-то себя занять, да и показывать себя скромной и зажатой тихоней я не собиралась.
-А мне ничего от этого не будет? -недоверчиво спросила я.
-Не знаю, посмотрим, -хитро улыбнулся он.
Я аккуратно зажала её губами и стоило мне едва попытаться вытянуть из неё дым, у меня возникло такое ощущение, что я раскусила самый сочный лист мяты на свете. Губы, язык, нос и горло будто сковало льдом. Я тут же схватилась за лицо и отдала лису причину моего несчастья. Лис рассмеялся и пообещал, что “скоро отпустит”. Я хотела выразить ему всю степень моего негодования, но язык меня едва слушался, будто я только что ушла от стоматолога, так что я не стала ничего говорить, чтобы не смешить его еще больше.
Следующие полчаса лис потратил на придирчивый поиск места для завтрака, и его нос, который, судя по всему, всё равно работал, привёл его в шашлычную через две улицы. Он заказал себе три внушительных шампура с шашлыком, я заказала один. Есть я не хотела, но еще больше не хотелось сидеть без дела и смотреть как он ест. Хотя бы эффект от его самокрутки прошел и ко мне вернулась способность различать вкусы и запахи. После он предложил за меня заплатить, но я отказалась.
За всё время нашего пребывания в моём родном городе оборотень практически ни на минуту не затыкался. Он постоянно шутил, травил какие-то байки, фотографировал на телефон графити и кажущиеся ему забавными вывески, но ни разу не заговорил о том тёмном мире, в котором жил. Когда я спросила его об этом, лис сделал вид, будто простодушно и любопытно изучает убранство кафе, а затем заговорил голосом тише обычного:
-Это не самое лучшее место для таких разговоров, -серьезно сказал он. -И не потому что, что люди могут услышать. Людям-то плевать. А потому что могут услышать не люди, и тогда могут быть проблемы. Да, быть за Завесой это тайна, а тайна любит тишину, и когда её держат при себе.
Я изобразила понимающий кивок и не ничего не ответила. Я так и не поняла заметил что-то оборотень или нет, но настроение мне это не улучшило.
-Хочешь зайти к родителям? -сказал лис, когда мы вышли на улицу и он вновь разжег недокуренную самокрутку.
То, что он знал и то где живут мои родители, мне очень не понравилось.
-Нет, спасибо, -сдержанно сказала я.
-Меня стесняешься что ли? -подмигнул лис.
-Нет. Просто не хочу им врать о том, чем занимаюсь.
-А и не надо врать. Надо просто не говорить всей правды, -лис хитро улыбнулся.
Я ничего не ответила.
Потом лис нашел автобус и мы не меньше двух с половиной часов тряслись в нём на запад, в Тверскую область, по жалкому подобию дороги, которое считалось шоссе, и где с опаской разъезжались две машины. К моему стыду в тесном и душном автобусе, где я и Шама сидели плечом к плечу, меня довольно быстро укачало, чего практически никогда не бывало прежде, и снова разморило, и я то и дело роняла голову то на себе на грудь, то на его плечо. Лис же, к моему удивлению, тактично не обращал на это внимания.
Когда пришло время нашей остановки и лис услужливо разбудил меня чуть раньше, чтобы я успела разогнать сон, мы оказались на окраине чего-то среднего между большим посёлком и маленьким городком. Он находился на вершине холма и шоссе будто обнимало его с одной стороны, когда же по другую сторону, насколько хватало моего зрения, не было никаких признаков цивилизации вообще. Только изрытое оврагами и покрытое высокой травой поле, и уходящий за горизонт лес. Именно туда мы и отправились.