Словно преступник я попыталась положить всё обратно так, как оно лежало, чтобы лис не заметил, что я трогала его вещи. Я даже попыталась положить его куртку именно так и туда, где она лежала до этого. И взялась я за это очень вовремя, потому что буквально через пару минут зашуршали кусты и появился лис, с большим, зажатым в зубах зайцем.
С раскрытой и полной добычи пастью трудно было понять какое у него было выражение лица, но его пружинистая походка выглядела довольной. Он подбежал ко мне, шире открыл пасть и буквально выплюнул зайца практически мне под ноги, как принесшая добычу собака, после чего стал отплёвываться, фырчать и высовывать длинный язык, будто у него что-то застряла в горле.
Я бы находила всё это забавным, даже смешным, если бы не мёртвый заяц у моих ботинок. Он выглядел практическим живым. Никакой неестественной позы, шерстка была чистой, ни единой раны или капли крови. Просто он не дышал, и глаза были стеклянными. Видимо лис задушил его или сломал шею. Я любила животных, и мне было обидно и даже гадко, что я даже не попыталась отговорить лиса в пользу моих консервов, вместо того, чтобы убить этого красивого зверька.
-Скотина, -продолжал отплёвываться лис, -заставил меня за ним побегать. Разучился я в засаде сидеть.
-Тебе его не жалко? -спросила я опустившись на корточки и разглядывая зайца.
Я боязливо дотронулась до него кончиками пальцев, словно в нём могла быть какая-то зараза. Он был еще тёплый.
-Нет, конечно, -прохрипел лис и сплюнул. -Во-первых, будь у него шанс убить или хотя бы добить меня, то он был им воспользовался. Практически никакие животные не испытывают жалость к другим видам. А во-вторых, несмотря на то, они что умоляют их не убивать, плоть, знаешь ли, слаба, они отлично понимают, что если их не буду есть я, или кто-то другой, то они сожрут всё, что могут, и расплодятся так сильно, что начнут жрать друг друга. К тому же это была честная игра - я же его не застрелил, и не в ловушку поймал, а догнал. Всё честно.
-Стой, -это мысль дошла до меня не сразу, но потом словно уколола меня, как игла, прямо в мозг, -ты что, понимаешь язык животных?
Лис сел на землю и посмотрел на меня с каким-то скептицизмом, будто я сказала что-то очень наивное и глупое:
-А тебя это так удивляет?
-И что они говорят? -мой голос чуть задрожал от подступившего волнения.
-Они не говорят, в нашем смысле этого слова, -лис пару раз наклонил голову из стороны в сторону, хрустным шейными позвонками, -так что нет у них никакого языка. Есть система сигналов. Звуков, взглядов, поз, мимики, запахам тоже есть место. Это как целые фразы, только их не получится разбить на слова или буквы. Так что я не “понимаю их язык”, а интерпретирую услышанное или увиденное, могу ответить, но это сложнее.
-Так что они говорят-то? Или сигнализируют.
-Ох, -лис устало вздохнул и поднял острую морду вверх, -ну вот слышишь эти идиотские крики?
Где-то высоко в кронах деревьяв, скрываясь в листве, голосила какая-то птица. Быстрый, сухой щебет, словно кто-то издевательски смеётся скрипящим голосом. Быстрый и ритмичный звук сменялся щебетом помедленнее, потом всё повторялось снова.
-Ты еще и птиц понимаешь?
-Это сорока, -недовольно продолжил лис, задирая морду еще выше, так что у него вновь хрустнула шея, -сообщает всем вокруг, что я здесь. Они нас сразу чувствуют, и боятся. Нас они называют “большой лис”, и трель эта их означает примерно “большой лис здесь”, и так по кругу. Мозгов там не много, так что интересных историй от них не жди.
Лис коротко зарычал, издав низкие горловые звуки, сначала чуть громко, затем тише и снова громче. Едва он замолчал замолчала и сорока, и будто бы не только она. В лесу стало заметно тише.
-Ты что-то ей сказал?
-Да, -довольно оскалился лис, -что-то вроде “заткнись или убью”. И всю твою семью, и дерево с твоим гнездом свалю. Достала уже.
-Всё равно не понимаю как ты их убиваешь, -вспомнила я о зайце, -раз даже говорить с ними можешь. Они же живые. Зря что ли для тебя магазины везде пооткрывали?
Лис повернулся спиной ко мне и в одно движение поднялся на задние лапы, став со мной одного роста, а затем принял свой полу-человеческий облик и с хрустом размял шею, попытавшись положить ухо то на левое, то на правое плечо. Перед тем, как повернуться ко мне грудью, он обернул свой пушистый хвост вокруг себя и прикрыл им пах, как набедренной повязкой.