Следующим и последним пунктом такой защищённости города, после очевидных торговых возможностей, открывавшихся здесь, были сами шахты и рудники, а именно: рабочие, трудящиеся там — Лордэн был городом-ссылкой, сюда ссылали заключённых, еретиков и всех прочих неугодных на каторгу, отправляя сотнями под землю, на рудники и каменоломню, используя их как дешевую силу и обращаясь с ними, как со скотом. Но в любом случае, всех, кто работал здесь, по собственной воле или нет, называли «духами», будто их, как и этих мифических существ из сказок, уже не существует.
Помимо всего этого, в городе процветала преступность, а им самим, пусть и неофициально, но правили преступные группировки, на улицах творились бесчинства и насилие, убийство на главной площади средь бела дня было не новостью, а в закоулках и в, так называемых, местах «обмена» или, проще говоря, чёрном рынке можно было найти пусть и не всё, но всё же очень многое. Город был одновременно и крупным, постоянно шевелящемся муравейником, и мелким, невзрачным, можно сказать, спокойным и не особо населённым местом, где могли встретиться судьбы, как купцов и обычных людей, так и мятежных магов и преступников.
Теперь же в город пожаловал ещё один человек. Весь израненный, в старых ожогах и шрамах, покрывавших его с ног до головы, избитый и потасканный жизнью, уставший, казалось бы, мёртвый, но тем не менее, к удивлению самого Мироздания, он двигался вперёд.
И пока его история продолжается. Пока.
Глава 4. Бессонная ночь.
Стук в дверь. Два слабых удара, таких, будто стучащий боится приложить чуть больше усилий и разбудить почившего за слегка покосившейся, покрытой трещинами дверью.
Странник, прибывший к этому постоялому двору пару часов назад и вывивший из строя двоих головорезов из банды Хартмана столь стремительно, что владельцам этой корчмы было не по себе от его присутствия у них над головой, теперь ночевал в единственной комнате для гостей и путешественников, решивших остановится здесь на ночь.
Опять стук. Он не требовался, странник очнулся мгновенно, ещё когда снизу послышался неизвестный шум и возня – видимо хозяйка помогала головорезам оправится от травм, а теперь девушка, судя по шагам это была она, поднималась на этаж, скрипя половицами. Но он продолжал делать вид, будто его сознание до сих пор находится в мире снов.
Снова стук, теперь сильнее.
– Господин, – послышался тонкий голос проститутки. – Господин, – повторила она спустя минуту молчания, постучав ещё настойчивее.
– Сейчас, – послышалось из-за двери. Пара тяжёлых шагов, поворот ключа. Дверь отворилась, из-за неё показался обнажённый торс странника. Он оказался больше двери. – Чего тебе? – у девушки перехватило дыхание, она забыла все подготовленные слова, невольно сжав бутыль и тарелку в руках ещё крепче. Медальон у неё на шее поблёскивал на свету инкрустированным камнем.
– Гос... – она сглотнула, пытаясь успокоится. – Господин, мы... я... я хотела предложить вам выпить и поесть, – она смотрела себе под ноги, рассматривая скрипящий пол, – и... и разделить ложе со мной.
– Выпить? – она всхлипнула, услышав его голос, но выдохнув и собрав оставшуюся волю в кулак, ответила:
– Да.
Он протянул свою ладонь в проём двери, она передала ему бутылку и отскочила, будто прикоснулась к огню.
Странник приподнял бутылку за горлышко, повертел на свету. Это была не плетёнка и не глиняный кувшин, а стекло - крепкое. На пробке была выведена буква «К» в переплёте виноградных лоз.
Внутри было вино. Разбавленное, а на дне лежал небольшой слой осевшей мути и частичек, возможно мякоти. Все осевшее на дне отдавало белесым цветом, а жидкость внутри переливалась алым, пропуская немного света сквозь стекло.
– Спасибо, но не сегодня, завтра я отправлюсь дальше, только поесть, – сказал он, возвращая бутыль.
– Господин, я каюсь, но пара глотков поможет расслабиться, а я помогу вам провести оставшуюся ночь и разбужу к утру, – она подняла глаза, но смотрела теперь в дверной косяк.
– Мне нужно продать кое-какие товары в городе, а для этого нужна холодная голова. Уходи, – с этими словами он отдал бутылку и забрав из рук миску с кашей и кусочками мяса, закрыл дверь. А звук упавшего случайно ключа, заглушил скрип половиц. Дверь осталась не заперта. Девушка, постояв ещё с минуту снаружи и услышав характерный стук ложкой, подняла ключ и вновь заскрипев полом, ушла.