Мисс Вентворт продолжала отчаянно сжимать кулаки, удерживая ткань, не давая ей упасть.
Наконец, она успокоилась и выправила тело. До нее дошло, что эти два ларла, скорее всего, не представляют опасности. Вообще-то она сильно ошибалась, но это была рациональная догадка, основанная на том, что оба животных вели себя тихо, сидели на месте, и их присутствие, казалось, не беспокоило других присутствующих. Вероятно, женщина была бы не столь уверенна, знай она о ларлах больше. Очевидно, что эти два зверя были ручными ларлами, скорее всего, забранными у матери до того, как открылись их глаза, выращенными среди людей и обученными реагировать на определенные команды. С другой стороны, как уже было отмечено ранее, ларл никогда не приручается полностью. Тысячи поколений охоты и убийства дремлют, ждут своего часа, в каждой клеточке этих мохнатых, флегматичных гигантов.
Снова от Мисс Вентворт донеслись сдавленные, нечленораздельные звуки. В ее глазах светилось что-то среднее между смущением, гневом и досадой. Ее рот был широко открыт, ровно настолько, чтобы в нем поместился шар, закрепленный на месте ремешками, скрепленными пряжкой на тыльной стороне ее шеи.
Это — очень смущающий и оскорбительный кляп, особенно для гордой женщины. Действительно, она выглядит смешно или глупо, с широко открытым ртом, из которого торчит шар, избавиться от которого не получается при всем желании. Обычный гореанский кляп, прикрепленный к капюшону или нет, состоит из мягкой затычки и завязок или ремешков. Такая конструкция весьма эффективно глушит звуки и обычно используется, если, скажем, необходимо пронести связанную пленницу между спящими охранниками, скрыть закованную в наручники женщину в фургоне, пробирающемся через ворота города или в других похожих ситуациях. Пленница такого устройства может издавать только тихие, жалобные звуки. Обычный код в таком случае, если ее следует допросить: один звук — «Да», и два «Нет». Кляп, закрепленный на Мисс Вентворт, напротив, позволяет издавать достаточно громкие звуки, и не годился бы для обычных ситуаций, в которых принимаются во внимание, прежде всего, вопросы тишины и безопасности. Тем не менее, он делит с общим кляпом одно неоспоримое достоинство, оно делает членораздельную речь невозможной. Когда женщина не может говорить, она обычно чувствует себя подавленной и беспомощной. Завязанные глаза или капюшон, в принципе, производят подобный эффект. Однако шаровой кляпа имеет один эффект, которого нет у обычного кляпа. Дело в том, что он заставляет женщину казаться смешной, с широко открытым ртом и торчащим из него шаром. Это наносит удар по тщеславию женщины, в результате чего она часто становится очень послушной, в надежде на то, что ее как можно скорее избавят от этого неуважения. Впоследствии, простого хмурого взгляда или брошенного слова, может оказаться достаточно, чтобы заставить ее замолчать. Она же не хочет снова подвергнуться оскорблению шара и ремня. Возможно, она запомнит, что не стоит говорить, если мужчины того не желают. Раз уж мы коснулись темы кляпа, то можно будет ее развить и упомянуть еще кое-что. Они могут быть закрепленным на месте, а могут быть просто палкой, которую женщине приказали держать в зубах и запретили уронить. Однако, и шар, и прикушенная палка в целом безопаснее обычного мягкого кляпа, поскольку они позволяют дышать через рот. Пленницу никогда нельзя оставлять без присмотра, если на ней использован обычный кляп. Например, в случае определенных недомоганий, скажем тошноты, кляп должен быть удален немедленно. Пленницу же следует благополучно доставить в ваши цепи, а не потерять по дороге.
Шар в прекрасном, но широко распахнутом рту Мисс Вентворт был синим, а ремешки, которые его удерживали на месте — желтыми. Цвета работорговцев.
Мисс Вентворт теперь соблюдала тишину, абсолютную, по-видимому, не желая и дальше выставлять себя на посмешище.
Она бросала жалобные взгляды на Лорда Нисиду, в которых уже было меньше гнева и больше мольбы. Конечно, он ведь должен понять тяжесть ее положения, и сжалиться над нею.
Похоже, предположил я, она теперь поняла кое-что о том, что значит, быть во власти мужчин. Она продолжала плотно сжимать ткань в своих кулаках, а тем временем двое охранников придерживали ее за плечи.
Я отметил покраснение на левой стороне ее лица и некоторое загрязнение на ткани в районе ее коленей.
Палец Лорда Нисиды чуть шевельнулся, указывая, что столь смущающее женщину препятствие для ее речи можно было удалить.
Она сердито посмотрела на одного из охранников, того что справа, и в ее взгляде мелькнуло что-то вроде мстительного триумфа.