— А потом, — продолжила Мисс Вентворт, — когда меня поставили на ноги, и я уже приготовилась войти внутрь, мне на голову натянули покрывало так, что, я не могла видеть куда иду!
— Это распространено, — пояснил Лорд Нисида, — когда такая как Вы должна быть представлена перед дайме.
— Что? — не поняла Мисс Вентворт.
— Лорд, — сказал Таджима.
— Что значит, такая как я? — спросила блондинка.
— Да, — поддакнул Таджима.
Это мало чем отличалось от практики при дворах некоторых Убаров, когда ему представляют подарок определенного вида или дань.
Позже я узнал, что дайме, или «великие имена» были вассалами сегуна, верховного лорда, обычно военного правителя, имеющего в своем распоряжении армию. Номинально сегун подчинялся императору, однако роль последнего была в значительной степени церемониальной, а истинная власть, как это обычно случается, была в руках тех, кому подчинялись мужчины с оружием.
— Я по праву обвиняю это животное, — заявила Мисс Вентворт. — Он ударил меня, он лишил меня возможности говорить, да еще и посредством оскорбительного предмета, закрепленного в моем рту, и он поставил меня перед ним колени. Я, на коленях, перед мужчиной! Я требую его наказать. Он должен быть убит или запорот до полусмерти!
— Так каково ваше дело ко мне, о котором Вы так хотели поговорить? — осведомился Лорда Нисида, направляя разговор в более конструктивное русло.
— А разве это не очевидно? — спросила блондинка.
— Пожалуйста, объясните, — предложил Лорд Нисида.
— Вы, я полагаю, слышали о мире, называемом Земля, — начала Мисс Вентворт.
— Да, — кивнул Лорд Нисида.
— Так вот, на Земле на меня вышел агент, несомненно, работавший на вас, — продолжила она, — и нанял меня от вашего имени за оговоренную компенсацию выполнить определенную работу по проведению в жизнь неких планов на этой планете, а именно, вступить в контакт с Тэрлом Кэбот и проследить, чтобы он прибыл на встречу с вашим агентом в зоне интересов города, называемого Порт-Каром. Чтобы осуществление этого проекта прошло без проблем, было решено, что я буду замаскирована под гореанскую рабскую девку. И я даже позволила одеть себя в оскорбительную отвратительную одежду этих холеных, никчемных, похотливых, деградировавших, мелких животных. Чтобы маскировка была безупречной, нужен был кто-то, кто играл бы роль рабовладельца, и я потребовала, чтобы это был мой подчиненный. У меня не возникло каких-либо трудностей с подбором для этой роли подходящего слабака, незначительного служащего из той же самой компании, в которой я работала. Это был один из нескольких, безнадежно опьяненных моей красотой дураков, который стал бы слушаться меня, без сомнений и оговорок.
— Имеется в виду Мистер Вайт? — уточнил Лорд Нисида.
— Да, — подтвердила Мисс Вентворт. — И теперь я пришла выставить свои требования.
— Но, простите, — сказал Лорд Нисида. — Никто из моих агентов на контакт с вами не выходил.
— Я не понимаю вас, — растерялась женщина.
— Вы можете заварить чай? — поинтересовался он и добавил: — Должным образом?
— А это как? — озадаченно переспросила блондинка.
— А можете ли Вы правильно расставить цветы?
— Нет, — призналась она.
— Вы умеете играть на струнных инструментах, на лире, лютне, сямисэне?
— Нет, — ответила блондинка.
Я видел, что две контрактных женщины обменялись удивленными взглядами. Одна из них, та, что справа даже тихонько хихикнула. Ее реакция явно не понравилась Таджиме, но девушка не казалась сколь-нибудь смущенной его неодобрительным взглядом.
Лорд Нисида вообще не посчитал нужным как-то реагировать на неучтивость контрактной женщины.
Как я узнал позже, эту женщины звали Сумомо, и Таджима интересовался ее контрактом, но не смог себе этого позволить.
— Может быть, Вы умеете танцевать, — предположил Лорд Нисида.
— Нет, — снова ответила Мисс Вентворт.
Лорд Нисида, конечно, вряд ли имел в виду танцы, которые могли бы быть характерными для его собственной культуры. У Мисс Вентворт, по определению, не могло быть таких навыков. Они были совершенно чужды ей.
Скорее он должен был бы подразумевать, как мне казалось, гореанский рабский танец.
Впрочем, я нисколько не сомневался, что она точно так же ничего не знала и об этом виде искусства.
Я предположил, что танцы женщин «странных людей», должны быть прекрасны и основаны на богатых культурных традициях, однако я также был уверен, что они будут сильно отличаться от рабского танца известного на всем остальном Горе.