— Двое могли бы сопровождать вас, — предложил второй, — с фонарем.
Я вытащил клинок из ножен. От перевязи, свисавшей с плеча, можно было немедленно избавиться. Это может оказаться мудро в случае опасности. Ножны, пристегнутые к поясному ремню или висящие на переброшенной через тело портупеи, противник может схватить, стеснив их владельца, выведя его из равновесия, возможно даже, рывком подтащив к острию подготовленного ножа. А вот от перевязи на плече легко отказаться. Если же воин находится в предположительно безопасной местности, то, конечно, ремень ножен часто перебрасывают через тело и портупея идет от правого плеча к левому бедру, если мечник правша, естественно, если он левша, то наоборот. Оба способа обеспечивают быстрое диагональное выхватывание оружия и удобное его ношение.
— Оставайтесь на своем посту, — распорядился я.
— Там все еще могут прятаться враги, командующий, — предупредил первый из них.
Я подумал, что это возможно, но маловероятно. Немногие захотят задерживаться в окрестностях нашего лагеря, рискуя встречей с асигару или ларлами. К тому же они к этому времени, если остались в живых, были рассеянны, побеждены, измученны, отчаянны, напуганы и голодны.
— Хотя бы возьмите фонарь, — настаивал часовой.
— При закрытых шторках, он — бесполезная обуза, — отмахнулся я. — А с открытыми он только подсвечивает цель.
— Ну тогда возьмите баклер, — предложил второй.
— Темнота, — сказал я, — защитит лучше любого щита.
У воинов есть пословица, что тот, кто нападает на тень, играет со смертью.
— Мы уловили запах слина, — предупредил третий, доселе молчавший, оказавшийся пани.
В лесу, конечно, хватало таких зверей.
— В таком случае, вам вообще нечего бояться, — усмехнулся я. — Слин, страшен, когда о его присутствии неизвестно.
Слин, как и большинство хищников, пантер, ларлов или любых других, охотясь, идет против ветра, чтобы его запах относило от добычи, а вот запах его цели несло на него. В этом случае он не только обнаруживает добычу первым, но и может получить информацию относительно расстояния до нее, движения, количества и пола. Некоторые хищники, что интересно, предпочитают нападать на самцов, игнорируя самок, особенно во время течки. Такое поведение, как предполагается, имеет тенденцию, с течением времени, увеличивать численность животных добычи. Безусловно, при этом повышается риск и для охотника, поскольку самец обычно осторожнее, внимательнее, агрессивнее, крупнее и лучше вооружен, если можно так выразиться, то есть имеет острые рога, мощные копыта и так далее.
Интересно, не могло ли что-то подобное иметь место и среди людей. Разве та женщина, которую обычно не убивают, а захватывают и заковывают, не может со временем, родить сыновей для своего владельца? Безусловно, имеется в виду та женщина, которая желанна, а мужчина, который опасен. Женщина, которая жаждет и наслаждается своей неволей, и мужчина, который вожделеет и наслаждается женщиной у его ног. Итак для женщины ошейник, а для мужчины плеть.
— Эти двое будут сопровождать вас, — объявил старший поста.
— В этом нет нужды, — заверил его я.
— Я настаиваю, — предупредил он.
— Почему? — удивился я.
— Там опасно, — пожал он плечами.
— Хорошо, я возьму тех двоих, — указал я на двух других.
— Как пожелаете, — кивнул часовой.
— Вы все останетесь на своем посту, — внезапно отказался я.
Мужчина озадаченно уставился на меня.
— Все, — подытожил я.
Возможно, я слишком много времени провел с Лордом Нисидой. То, что двое были выбраны для моего сопровождения без каких-либо обсуждений, заставило меня предположить, что они могли напасть на меня в темноте. Готовность старшего поста без колебаний отрядить сразу двоих других, однако, заверила меня, что его предложение было обоснованно мотивировано. Казалось маловероятным, что вся группа часовых могла быть нанята для нападения на меня. Если бы это имело место, почему они ждали? К тому же, кто мог знать, что я забреду сюда во время третьей смены?
— Да, Командующий, — сказал старший поста, отступая в сторону.
Я же отвернулся и шагнул на тропу, ведущую к тренировочной площадке. Разумеется, меч в ножны я не вкладывал.
Было маловероятно, но не невозможно, что враги, один или более, испуганные, голодные, отчаянные, могли скрываться где-то поблизости.
Мне оставалось добраться до поста охраны в дальнем конце тропы, а затем, немного погодя, обойдя по периметру площадь, осмотрев вольеры и сараев, вернуться той же дорогой.