— Да, — кивнул мой собеседник. — Я вижу, что вам интересно.
— Я выбираю свои войны с большой осмотрительностью, — пожал я плечами.
— Увы, не у каждого и не всегда есть возможность выбирать, — вздохнул Лорд Нисида.
— Преданность, династии? — предположил я.
— Возможно.
— Людей вашего типа, — сказал я, — редко встретишь в местах, которые мы иногда называем «известный Гор».
— И что? — улыбнулся он.
— Как вы попали сюда? — поинтересовался я.
Понятно, что они прибыли к этим берегам не на каком-нибудь корабле или кораблях. Но тогда, как они здесь оказались? И почему, они не могли вернуться, тем же способом, каким прибыли?
Казалось, серая туча затенила узкие глаза Лорда Нисиды.
Внезапно до меня начало доходить понимание, что он и сам мог знать об этом немногим больше меня.
— Я думаю, — заговорил Лорд Нисида после небольшой паузы, — что это могло быть своего рода пари или возможно соревнование, среди неведомых, могущественных существ.
— Как это? — спросил я.
— Были битвы, много, — сказал Лорд Нисида. — Мы несли тяжелые потери. Оставили многие земли. Лагеря были переполнены раненным и голодающими. Наши силы были разделены. Наш отряд прижали к берегу. Наш мир пошатнулся.
— Но Вы здесь, — заметил я.
— Мы нашли мужчину с прямыми глазами, варвара, такого же как Вы, выброшенного на наш берег, в тот момент когда мы уже ждали своей гибели. Он бредил. И в своем бреду он говорил о мире, которого мы не знали, о странных кораблях и огромных птицах.
— Терсит? — уточнил я.
— Да, — кивнул Нисида.
— Вы были на Косе, или Тиросе, или на одном из Дальних Островов? — спросил я.
— Нет, — покачал он головой. — Нет.
Каким образом, спрашивал я себя, мог безумный, полуслепой корабел Терсит, оказаться на столь отдаленном берегу.
Вероятно, он был доставлен туда.
— Как вышло, что вы говорите по-гореански? — полюбопытствовал я.
— Странные люди в белых одеждах, строгие мужчины с бритыми головами появились однажды среди наших предков, загадочно, давно, очень много лет тому назад. Они потребовали говорить на языке богов.
— Посвященные, — заключил я.
Вероятно, Царствующие Жрецы оставили некоторых из них среди пани. Очевидно, хозяева Гора предпочитали иметь на своей планете только один разговорный язык, посредством которого они могли бы общаться, по крайней мере, с большинством гореанских людей. Возможно, они полагали, что это приведет к гармонии, миру и взаимопониманию. Как раз этого-то и не случилось. Между собой Царствующие Жрецы общались запахами. В редких случаях, когда они имели дело с людьми, использовались переводчики.
— Наши предки должны были изучить их язык или умереть, — продолжил Лорд Нисида. — Некоторые упорствующие и фанатики были поглощены огнем, пролившимся с неба.
Он имел в виду Огненную Смерть. Ее обычно использовали для того, чтобы привести в жизнь законы, ограничивавшие технологии, но, несомненно, это могло послужить и другим целям.
— Так значит, гореанский был изучен? — подтолкнул я замолчавшего дайме.
— Кто станет оспаривать желание богов? — поинтересовался тот.
— Действительно, кто? — хмыкнул я.
— Они предоставили и кое-что еще, — сказал Лорд Нисида, — рецепты, семена, сыворотки и так далее.
Обычно такие подарки появлялись по мере культурного взаимопроникновения, через торговлю и прочие методы. Я заключил, что в случае пани это было бы непрактично.
— Но эти странные люди, — добавил Лорд Нисида, — попытался нами править.
— Понимаю, — кивнул я.
— Их распяли, — сообщил он.
— И не было никакого возмездия с неба? — уточнил я.
— Нет, — ответил Лорд Нисида.
Ну что ж, они послужили своей цели, и, похоже, Царствующие Жрецы больше не нуждались в своих миссионерах.
— А что насчет Терсита и вашей собственной судьбы? — спросил я.
— Это произошло в ночь перед последним сражением, — продолжил рассказ Лорд Нисида, — в котором враги должны были сбросить нас в море.
— И что? — нетерпеливо подтолкнул его я.
— Кромешная темнота вдруг закрыла луны, костры в лагере внезапно и необъяснимо погасли, часовые изо всех сил пытались не заснуть на своих постах, мы боролись, кричали, били в барабаны, дудели в трубы, чтобы пробудиться, чтобы остаться в сознании, но в течение нескольких енов мы все попадали замертво.
— И что же произошло дальше?
— Мы проснулись во множестве мест на берегах того, что Вы назвали «известный Гор», однако, можете мне поверить, он не был известен нам. Сам я проснулся около города, который, как я позже узнал, называется Брундизиум.