— Суда, по-видимому, отбывали с не все разом, — предположил я.
— Наем и фрахт занимали время, — развел руками мой собеседник.
— Уверен, — заметил я, — на время ожидания вас удобно разместили.
— В постоялых дворах для моряков, — сказал он.
— Странные люди оказались щедрыми, — добавил другой. — Каждому из нас отсыпали медных тарсков, на сумму серебряного статерия Брундизиума.
— Действительно, щедрые парни, — согласился я.
— Нам хватило, чтобы несколько ночей покутить в тавернах, — усмехнулся третий.
— А что насчет ваших рабынь? — полюбопытствовал я.
— Мы приковывали их в подвале одного из постоялых дворов, — ответил первый.
— Очевидно, наниматели были не против, того, что вы возьмете их с собой, — заключил я.
— Да, — подтвердил Торгус. — Нам сказали, что для таки как они всегда найдется применение.
— В этом я нисколько не сомневаюсь, — усмехнулся я, глядя на скованных за шеи девушек, замерших в позе рабынь для удовольствий. Они вздрагивали каждый раз, когда волна добегала до них, окатывая холодом их колени. Они были нежными, жалкими и испуганными. Они были беспомощны. Они были собственностью.
«Интересно, — подумал я, — мог ли Пертинакс почувствовать жалость к ним».
Впрочем, это было бы абсурдное чувство, поскольку это были рабыни. С тем же успехом можно было бы чувствовать жалость к кайиле или тарску. С рабыней нельзя нянчиться, над ней надо доминировать.
«Да, — мысленно усмехнулся я, — для таких как они всегда найдется применение. Везде, где есть сильные мужчины, применение для них однозначно найдется».
Они были рабынями.
— Говорят, что Брундизиум славится изобилием пага-таверн, — сказал я.
— Более чем верно! — согласился Торгус.
Разумеется, чего еще ожидать от портового города, часто посещаемого моряками, торговцами, разнообразными путешественниками и временными работниками.
— На мой взгляд, одна из лучших — таверна Хендоу, — добавил он.
— Это Доковой улице, — сообщил его товарищ.
Слышал я об этом заведении, известном красотой рабынь и умением танцовщиц.
— Рабыни там готовы порвать друг дружку за разрешение приблизиться к твоему столу, — усмехнулся другой наемник. — Они все просто жаждут обслужить тебя пагой.
— Ну, это не новость в любой пага-таверне, — хмыкнул я.
— Это точно, — засмеялся Торгус.
Иногда пага-рабыни становятся на колени вдоль стены, и мужчина просто указывает на то, которая ему по вкусу, разрешая ей обслужить себя.
— А в альковах они скулят в своих цепях, — сказал его товарищ, — выпрашивая разрешения доставить тебе самые изысканные и длительные из радостей кейджеры.
— Сейчас-то у таверну другой хозяин, а про прежнего, про Хендоу, говорят, был настоящий монстр, — усмехнулся один из мужчин. — Так что нечего удивляться тому, что его рабыни из кожи лезли вон, чтобы всей своей нежностью и красотой на славу обслужить его клиентов. Горе той девке, которая не понравилась клиенту сурового, огромного Хендоу.
— Верно, — подтвердил другой, — но, нынешнего они боятся не меньше. Только, возможно, поначалу они стараются из страха перед хозяином, а потом, покорные твоим рукам, они — не больше чем рабыни.
— Не думаю, — заметил Торгус, — что нам стоит оставаться на берегу слишком долго.
— Конечно, не стоит, — согласился я.
— У меня есть отзыв, — сказал он. — Но мне нужен пароль.
— Просто еще не время, — пожал я плечами.
— А мне кажется, самое время, — заявил Торгус.
— А Ты вообще-то кто? — внезапно спросил один из наемников.
— Скажи нам пароль, — потребовал другой мужчина.
— Судно позавчера прибыло, — словно не услышав его требования сказал я.
— Наше судно — последнее, — сообщил Торгус.
— Пароль у меня есть, — пожал я плечами, — «Тарны в полете».
— У меня нет отзыва на такой пароль, — спокойно ответил Торгус, слишком спокойно.
— Отзыв для позавчерашнего судна, — заметил я, — был «из Ара».
— Это не тот пароль, которого я ожидал, на который мне дан отзыв.
— Подозреваю, что здесь возникло какое-то недоразумение, — предположил я, отметив, что меня окружают помрачневшие товарищи, но не приближаются, а оставляют пространство, достаточное, чтобы выхватить мечи.
Торгус шагнул назад, разрывая дистанцию между нами.
— Он должен быть нашим контактом, — заметил один из них. — Как еще он мог здесь оказаться и встретить нас?
— Нас предупреждали относительно незнакомцев, — напомнил Торгус.