После нашего предыдущего похода через чащобу можно было вздохнуть с облегчением.
— Замрите и не двигайтесь, — скомандовал я Константине и Сесилии. — Впереди обрыв.
Трудно было не восхититься открывавшимся впереди внушительным зрелищем.
— Ты бывал здесь прежде? — спросил я Пертинакса.
— Нет, — покачал он головой.
— Видишь знаки на той стороне, — указал я на колышек, воткнутый в противоположный край канавы, чуть левее того места где мы стояли.
С него свисала лента. Такие колышки я мог видеть в сотне ярдов справа и слева от меня. Не трудно было догадаться, что такими вешками размечали края канавы.
— Это зона запасов Порт-Кара, — заметил я.
— Возможно, — пожал плечами Пертинакс.
— Зеленые ленты на это указывают, — пояснил я.
Этот цвет предлагал Порт-Кар. Воды в Тассе имеют зеленоватый оттенок, отчего пираты обычно красят свои суда зеленой краской, делая их менее заметными в море, конечно, в тот момент когда идут на веслах с заваленной мачтой. Вообще, у цветов в гореанской культуре, как и во многих других культурах, имеются свои подтексты или символизм. Также, на Горе, определенные цвета склонны связывать с определенными кастами, например зеленый с Врачами, красный или алый с Воинами, желтый со Строителями, синий с Писцами, белый с Посвященными и так далее.
— Выглядит впечатляюще, — сказал я. — Думаю, что стоит ненадолго снять капюшон с Сесилии. Ты тоже можешь приподнять капюшон своей рабыни, если хочешь.
— Как же здесь красиво! — восхитилась Сесилия.
— Сними с меня капюшон! — потребовала Леди Константина.
— Похоже, — усмехнулся я, — твоей рабыне захотелось получить еще несколько наставительный ударов хворостиной.
— Нет! — вскрикнула Леди Константина, задергавшись, крутя головой из стороны в сторону, неуклюже двигаясь и пытаясь вытащить запястья из стягивавших их веревок.
Она была испугана, ошеломлена, запутана и беспомощна в темноте капюшона.
Может, мне снова стоило встать с прутом за ее спиной?
— Ты бы поосторожнее, — посоветовал я ей. — Тут обрыв рядом.
Женщина тут же замерла там где стояла.
— Стой спокойно, — велел ей Пертинакс. — Я сниму с тебя капюшон.
— Э нет, подожди, — остановил я мужчину. — Я не услышал подходящей просьбы.
Константина выпрямилась и, обращаясь к Пертинаксу, сказала:
— Пожалуйста, снимите с меня капюшон, — а в конце добавила: — Господин.
Голос ее был полон ядовитой иронии, а просьба была больше оскорблением, чем чем-либо еще.
— Конечно, — отозвался Пертинакс, возясь с узлом на ее шее.
Уверен, со мной она не решилась бы говорить так, как обратилась к Пертинаксу. Ее презрение к нему никоим образом не было замаскировано. Впрочем, в конечном итоге, она была его работодателем, если можно так выразиться.
Само собой, меня это раздражало, но я не спешил вмешиваться. В конце концов, Константина была свободной женщиной. Рабыня, осмелившаяся заговорить так с гореанским рабовладельцем, была бы немедленно сурово наказана, если не убита. В любом случае она никогда не заговорила бы так со своим господином снова.
— Да, красиво, — сказал я, соглашаясь с Сесилией.
— Вид неплох, — проворчала освобожденная от капюшона Константина.
Волосы обеих девушек после капюшона были влажными.
Высоченные деревья отстояли на многие ярды друг от друга. От перспективы вняло торжественностью. Лес впереди напоминал колоннаду храма, живые колонны которого простирались высоко вверх, переходя в далекие тенистые капители крон.
Это были туровые деревья. Их древесина главным образом идет на доски обшивки, килей, бимсов и настила палуб.
Для мачт обычно используются хвойные деревья, которых здесь не наблюдалось. Их древесина мягче, не такая твердая, зато более гибкая. Мачты и реи должны гнутся под ударами ветра, но, ни в коем случае, не ломаться. Кроме того, такие мачты легче, а это немаловажно там, где их приходится то и дело укладывать и устанавливать. К тому же хвойные деревья быстрее, по сравнению с туровыми, вырастают до нужного состояния, и, таким образом, спиливать их можно чаще.
— Надень капюшон на свою рабыню, — велел я Пертинаксу, уделяя вниманию Сесилии.
Константина сердито и бесполезно задергала своими связанными запястьях и обожгла Пертинакса полным ярости взглядом, словно предостерегая его от выполнения моего требования.
— Быстро, — бросил я мужчине.
— Ты думаешь, что это необходимо? — поинтересовался тот.