— Ты с Земли, — заметил Таджима.
— Да, — признал я. — Это далеко.
— Это — другая планета, — сказал он.
— Верно, — кивнул я, и только спустя мгновение до меня дошло, что сказано это было по-английски.
Глава 9
Соломенная хижина
— Когда нам, наконец, предоставят возможность встретиться с кем-нибудь важным? — спросила мисс Вентворт.
— Сожалею о своей неважности, — ответил ей Таджима.
— Убирайтесь! — прошипела блондинка.
С учтивым поклоном Таджима покинул нас.
Лагерь оказался довольно большим. Признаться, я ожидал, что он будет находиться на северном берегу Александры, но, как выяснилось, ошибся. Это место было по пути к реке, но прилично не доходя до ее русла.
— Кто-то заплатит мне за это! — не унималась мисс Вентворт. — Я не позволю заставлять себя ждать!
— Не будет никакого корабля, — напомнил ей Пертинакс.
— А я прослежу за тем, чтобы он был! — заявила она. — Наш договор был ясен. Все было оговорено. Мы выполнили свою часть работы, и теперь нам должны заплатить и вернуть на Землю с причитающейся оплатой!
— Не будет никакого корабля, — повторил Пертинакс.
— Нас не могут предать! — воскликнула Мисс Вентворт.
— А разве мы, со своей стороны, столь уж невинны? — поинтересовался Пертинакс. — Разве нас самих нельзя обвинить в предательстве? Разве мы не нанялись, с энтузиазмом и без сомнений, на дело от которого на милю воняет предательством? Разве мы не выдавали себя за тех, кем мы не были, с целью привести человека, которого мы даже не знали к неясной судьбе, которая, вполне возможно, могла оказаться фатальной?
Тут мне подумалось, что, в некотором смысле, их предательство было намного глубже, чем они понимали, поскольку они работали, пусть и не подозревая того, на монстров, на кюров, жаждавших захватить не только Гор, но и Землю. Можно сказать, что они предали свой мир и свой вид.
— Думаю, — вздохнул Пертинакс, — мы были преданы не столько другими, сколько своей собственной жадностью.
— Не неси чушь! — бросила блондинка.
— За деньги Ты готова сделать все что угодно, — заметил Пертинакс.
— Так же, как и любой другой! — усмехнулась она.
— Раньше я тоже так думал, — признал Пертинакс. — Теперь я в этом больше не уверен.
— Ты — дурак, — заключила Мисс Вентворт.
— Не будет никакого корабля, — заверил ее мужчина.
— Будет, — процедила блондинка сквозь зубы. — Я потребую этого!
— Возможно, тебе повезет, — пожал он плечами. — Твоя улыбка может быть подобна ножу проворачиваемому в кишках мужчины. Уж я-то знаю.
— Это точно! — рассмеялась женщина.
Не трудно догадаться, что у нее не возникало трудностей в манипулировании мужчинами.
— Завари для меня чай, — приказала блондинка Сесилии, но та первым делом посмотрела на меня и дождалась моего кивка.
— Да, Госпожа, — сказала моя рабыня.
Сесилия знала достаточно, чтобы обращаясь ко всем свободным женщинам употреблять слово «Госпожа», а любого свободного мужчину называть «Господин». С другой стороны, будучи порабощенной в Стальном Мире Агамемнона, позже ставшем Миром Арцесилы, месте в котором вероятность столкнуться со свободными женщинами была исчезающее мала, она не могла похвастать, что знала многих свободных женщин, по крайней мере, гореанского вида. Единственной свободной женщиной, с которой она встречалась в Стальном Мире, была Леди Бина, прежде бывшая домашним животным кюра, и которая была не столько гореанской свободной женщиной, сколько удивительно красивым, честолюбивым, тщеславным маленьким животным. Разумеется, я предупреждал Сесилию о свободных женщинах, но, боюсь, что она слишком легкомысленно отнеслась к моим предостережениям. Вероятно, она сочла проблему надуманной, преувеличенной и непропорциональной реальности. Однако, по моему мнению, мои предостережения о ее возможных проблемах вовсе не были чрезмерными, скорее они были практичными и разумными. Казалось, она полагала что, поскольку, и рабыня, и свободная женщина обе были женщинами, то между ними будет сочувствие, понимание, согласие. Она все еще так мало знала о жизни. Свободная женщина была человеком, в то время как рабыня — собственностью, животным, причем таким животным, которое, если не принимать во внимание вопросы социального лифта, положения, богатства и статуса, зачастую тысячекратно предпочиталась мужчинами по сравнению со свободной женщиной. Впрочем, Сесилия отличалась гибким умом, так что она быстро всему научится, если не на чужом опыте, то под стрекалом свободной женщины. Зона ее безопасности, разумеется, лежала рядом с мужчинами, прежде всего, рядом с хозяином, который будет, в меру своих возможностей, учитывая статус свободной женщины и привилегии, защищать ее.