— Я понимаю, — кивнул я.
— Кроме того, нет ничего необычного в том, что женщины попадают в наши руки в результате продажи, набега, войны и так далее.
— Однако меня удивляет другое, — пояснил я. — Я думал, что такие идентификационные атрибуты, как клейма и ошейники, не могли бы быть культурными для вас.
— У нас они были на протяжении многих столетий, — сказал Таджима. — Я затрудняюсь сказать, были ли они привнесенными извне или оригинальными для нас, но с другой стороны, разве человеку не свойственно метить своих животных?
— Конечно, — согласился я.
— Так что, мы запросто могли придумать это все сами, независимо от остального мира, но, одновременно, были бы не против перенять это от других. Жители высоких городов оказались настолько элегантны и эффективны в этих вопросах, что для нас было бы большой честью признать, если бы мы достигли такого же совершенства, которое они развили в обработке женщин.
— Рабынь, — поправил я его.
— Конечно, — согласился он.
Это было верно. За столетия гореане довели обработку рабынь до состояния тонкого искусства.
Это то, о чем Земная женщина должна помнить, если ее угораздит оказаться рабыней на Горе.
— Там три ванны, — заметил я, — а рабынь только две.
— Одна рабыня, чтобы купать вас, — пожал плечами Таджима, — другая для Пертинакса.
— Мы могли помыться и сами, — сказал я.
— Конечно, — кивнул Таджима, — но разве не приятно, когда тебя купает голая рабыня?
— Да, — не мог не признать я.
— Маленькие удовольствия жизни, — заметил Таджима, — нет нужды презирать.
— Верно, — согласился я.
— Кроме того, — добавил Таджима, — это также полезно и для женщин. Это помогает им понять, что они — женщины, и что, как женщины, они могут иметь некоторую ценность, пусть и скромную.
— А что насчет Мисс Вентворт? — поинтересовался я.
— Мисс Вентворт, поскольку она — женщина, может помыться сама.
— А почему было только три ванны? — спросил я.
— Ваша рабыня, — ответил Таджима, — воспользовалась бы вашей ванной, после вас.
— Мне кажется, что Вы говорите по-английски, — заметил я, вспомнив его слова во время нашей первой встречи.
— Я изучал его далеко отсюда, — сказал он.
— На Земле? — предположил я.
— Да, — не стал отрицать мой собеседник.
— Вы недавно прибыли с Земли?
— Да, — ответил он.
В этот момент я услышал рев ларла.
— Не тревожьтесь, — поспешил успокоить меня Таджима, — это из павильона Лорда Нисиды.
— Похоже, это где-то близко, — констатировал я.
— Так и есть, — подтвердил Таджима. — Вон он павильон.
Глава 10
В павильоне Лорда Нисиды
— Приветствую, Тэрла Кэбота, тарнсмэна, — сказал Лорд Нисида. — Добро пожаловать в тарновый лагерь.
— Приветствую, — отозвался я и вежливо поклонился.
Судя по тому как любезно склонил голову Лорд Нисида, мой жест был принят с благосклонностью. Мужчина был одет в одежды белого цвета. Он сидел со скрещенными ногами на низкой, плоской платформе сколоченной из лакированных досок, представлявшей квадрат со стороной футов двенадцать, установленный посреди его павильона. По обе стороны от него лежали два меча с большими, немного искривленными эфесами обернутыми шелком и изогнутыми клинками. Один был короче другого, а более длинный мало чем отличался того, который Таджима носил заткнутым за пояс режущей кромкой вверх. Черты лица Лорда Нисиды были совершенны, даже деликатны, в том смысле, в каком может быть совершенно и деликатно тщательно отточенное оружие, например, как более короткий клинок, что лежал около него.
— Я надеюсь, что ваше путешествие сюда было приятным и прошло без происшествий, — продолжил Лорд Нисида.
— Да, — кивнул я, подумав, что оно, конечно, было значительно менее приятно для девушек, поскольку те были связаны, закрыты капюшонами и большую часть маршрута шли за нами на поводке.
— Я также полагаю, что ваши апартаменты, хотя и прискорбно примитивны, вследствие грубого и временного характера нашего лагеря, вполне приемлемы.
— Полностью приемлемы, — заверил его я.
— Я рад слышать это, — сказал Лорд Нисида.
— Вы, конечно, уже познакомились, — добавил он, — с нашим доверенным и верным слугой, Таджимой.
— Да, — подтвердил я.
— Надеюсь, что его служба была удовлетворительной.
— В высшей степени удовлетворительной, — ответил я.