Таджима начал было кружить вокруг Пертинакса и даже сделал два ложных выпада. Его противник неуверенно поднял свой клинок, но затем снова опустил, склонив голову.
— Теперь убей его, — велел Лорд Нисида Таджиме.
Мне вспомнилось, что он говорил, что Таджима учился.
Молодой человек отступил от Пертинакса и, встав лицом к Лорду Нисиде, сказал:
— Лорд, лучше прикажите мне зарезать привязанного верра.
Таджима стоял спиной к Пертинаксу, но моего опыта хватало, чтобы заметить, что каждый его нерв был напряжен, он был подобен лезвию меча или застывшему пламени.
Я верил, что Пертинакс не станет ничего предпринимать.
Таджима казался полностью расслабленным, от него веяло презрением и даже праздностью. Само его положении казалось оскорблением.
Но я верил, что Пертинакс воздержится от каких-либо действий, и через мгновение мне стало ясно, что Пертинакс не станет использовать благоприятный момент.
Улыбнувшись про себя, я внезапно, почти неслышно, быстро двинул ногой по земле.
Таджима обернулся немедленно. Его меч был готов отразить удар.
Его действие было настолько быстро, что даже я, знакомый с реакцией воинов, которые часто живут на грани жизни и смерти, восхитился им. А у Пертинакс от неожиданности перехватило дыхание. Его меч все так же несчастно смотрел в землю.
— Ему можно разрешить жить, — заключил Лорд Нисида, — в течение какого-то времени.
Один из охранников вытащил оружие из рук Пертинакса.
— Хорошо сделано! — похвалил я Пертинакса.
— Но я же ничего не сделал, — растерянно сказал он.
— Именно поэтому Ты все еще жив, — пожал я плечами, а потом, повернувшись к Лорду Нисиде, сказал: — Благодарю вас, великий лорд.
Тот чуть заметно склонил голову.
Таджима же вернул свой меч за пояс.
Пертинакс отступил назад. Его заметно потряхивало.
— Теперь, если можно, — обратился я к Лорду Нисиде, — хотелось бы поговорить о важных вопросах.
А вопросов, требовавших разъяснений у меня накопилось предостаточно. Что здесь происходило? Почему я был высажен именно здесь? Что я должен был здесь делать? Чего от меня ожидали? Понятно, что все это имело некоторое отношение к тому факту, что я был тарнсмэном, но, кроме этого, я понимал очень немного или, точнее, ничего.
— Согласен, — кивнул Лорд Нисида, — мы должны поговорить о важных вопросах, и вскоре мы это сделаем, но сначала мы должны уделить внимание к вопросу, который неважен.
Я отступил на шаг назад.
Тем временем Лорд Нисида посмотрел на белокурого мужчину, одетого в тунику неопределенного коричневого цвета, который не много говорил, но был очень внимателен ко всему, что происходило в павильоне. Своим видом сонной флегматичности он немного напоминал безразличных ларлов, сидевших по краям платформы. Я надеялся, что их хорошо накормили, прежде чем привести сюда.
— Я думаю, что Вы будете довольны, — заверил его блондин.
Лорд Нисида перевел взгляд на Таджиму.
— Мы подумали, что было бы подходяще, — сказал тот, — если бы один агент, Мистер Грегори Вайт, представит другого агента, и по совместительству свою начальницу и коллегу, Мисс Маргарет Вентворт.
— Гре-гор-и-вайт и Мар-гар-ет-вент-ворт, — по слогам повторил Лорд Нисида. — Эти варварские имена такие трудные. Пожалуйста, продолжай.
Таджима вежливо поклонился, и затем кивнул Пертинаксу, давая понять, что тот должен следовать за ним, и направился к выходу их павильона. Вскоре после этого внутрь была введена невысокая фигура, полностью, с головы до пят, закутанная в большой кусок белой реповой ткани. С обеих сторон от фигуры возвышались охранники. Пертинакс шел немного впереди и левее, а Таджима позади.
Наконец, вся группа остановилась перед платформой или постаментом.
Лорд Нисида слегка наклонился вперед.
Невысокая фигура, как уже было отмечено выше, была скрыта с головы до пят реповой ткани.
Я предположил, что это должна была быть Мисс Вентворт, по крайней мере, рост, миниатюрность форм и реповая ткань указывали на это. Однако я ожидал, что Мисс Вентворт войдя в павильон, сразу проявит свое нетерпение и вокальные данные, а эта фигура сохраняла спокойствие и молчание. Так что я не исключал, что это могла быть и не она.
Судя по размерам фигуры и намекам на скрытые под тканью формы, казалось ясным, что это была женщина, причем, вполне возможно, такая, за которую мог бы начаться энергичный торг на аукционе.