— Волнуешься? — спрашивает.
Я только кивнул в ответ.
— Не поверишь, я уже пятнадцать лет летаю, но даже сейчас каждый взлет — сказка, — пилот нежно погладил штурвал.
А он романтик, что хорошо, нравятся мне романтики.
Я на время старта на полочку в техотсеке присел, сижу, не отсвечиваю. Транспортер самолет за переднее колесо зацепил и потащил месту старта. Оба пилота, переговариваясь между собой, включали тумблер за тумблером. Да сколько же их, и все же нужно наизусть знать, когда включить? Запустили двигатели, наполнив пространство гулом.
Даже не взлетели еще, а второй пилот из своего кресла вылез, меня зовет. А ничего так, вполне удобное сидение, ремни его хозяин застегнул и наушники на голову нахлобучил.
— Давай, — говорит, — Рули.
И преспокойно спать ушел.
Меня так что-то даже мандраж потряхивать начал. Это с одной стороны, а с другой какой-то восторг, адреналин от возбуждения начал переть со страшной силой.
Тягач нас до конца взлетной полосы довез, развернул самолет по направлению движения, потом отцепился и укатил по боковой дорожке. Мне как раз из бокового окошка хорошо было видно, как он удаляется. Так и хотелось сказать «в закат», но чего нет, того нет, утро ясное, морозное, даже облаков почти нет.
Командир проверил двигатели, потихоньку разгон начали набирать, хотя уже и не потихоньку, в наушниках слышу бортинженер подтверждает, что скорость достигла 210 километров в час, а все узлы в норме.
Тут командир заявляет, что идем на взлет, и ко мне поворачивается.
— Помогай, — слышу в наушниках.
Вот шут его знает, мне действительно штурвал тоже нужно тянуть или пилот просто пошутил надо мной, но я послушно впрягся. Взялся обеими руками за рога и потянул на себя. Нос самолета начал плавно задираться. Взлетная полоса, только что маячащая перед глазами, ухнула куда-то вниз, оставив передо мной только вид светло-голубого неба.
Еще и спинка кресла наклонилась. Нет, понимаю, что это не она опустилась, это пол задрался, но ощущение, словно внезапно на прием гинеколога попал и теперь непонятно с какого перепуга лежишь на приеме, раздвинув ноги. Странное ощущение. И почти сразу пропали толчки от бетонки. Взлетели.
Наш самолет начал плавно набирать высоту, двигаясь по спирали с небольшим наклоном влево. Я скосил глаза в боковое окно — там, словно на ладони раскинулся город, постепенно теряющийся вдали. «Москва», мелькнула мысль.
На высоте 10700 (бортмеханик доложил) самолет постепенно вернулся в горизонтальное положение. Двигатели стали гудеть тише, а командир вдруг вылез со своего места. Я даже малость насторожился, сам-то я по-прежнему держался за штурвал, тянуть не тянул, но раз команды отпустить не поступало, продолжал выполнять последнее распоряжение. Пилот потянулся, разминая спину.
— Пойдем, что ли, кофейку попьем, — спокойно мне предлагает, — Да не переживай, я автопилот включил.
Ну, раз можно, то ладно, но все равно как-то стремно видеть, что за рулем никого нет, я так-то считал, что за ним обязательно кто-то должен находится. Ушел правый — на страже левый, потом поменялись. А тут куда проще, оказывается.
Пошли в техотсек. Капитан в кресло сел, я на бауле пристроился. Стюардесс и кухни тут нет — все аскетично и предельно утилитарно, даже отделка на переборках отсутствует, и жгуты проводов проложены прямо на виду.
Первый пилот вытащил здоровый китайский термос, литра на два, не меньше, если не все три. Нормально ребята затариваются в дорогу напитком для бодрости. Я взял пластиковую кружку, в точно такой мне летом чай и лимонад на рейсе «Аэрофлота» подавали. Кофе горячий и горький, но неплохой.
— Может конфетку к кофе?
— Мечи на стол, — качнул головой командир.
Я в бауле пошурудил, набрал в поданную мне глубокую миску разных конфет, шоколадных и карамелек.
— О, нормально, а то наши запасы кончились, — одобрил мои действия пилот, его напарник подтверждающее всхрапнул на полке.
— Как там, в Севастополе, посылку мою забрали? — задал вопрос.
— Угу, все нормально, там тебе тоже передали гостинец, — ухмыльнулся собеседник.
— Да, и где он?
— Сейчас-то тебе зачем? Прилетим, да сгрузим.
Ну, в принципе, верно, тем более, там не для меня, а для завхоза передача.
Все-таки очень долго лететь до Магадана, путь не близкий. Второй пилот упорно дрых в техотсеке, а я то подремывал в его кресле, то разглядывал пейзажи, когда они проглядывали в облаках. Пару раз еще попили кофе, но понемногу. Увы, но туалета тут нет. На крайний случай у экипажа ведро есть с крышкой, но лучше уж потерпеть.