— Здесь нет никого, вы один и разговариваете сами с собой, обдумывая как поступить.
Хозяин заметно расслабился.
— Деньги на антресолях? — повторил я вопрос.
— Да.
— Сколько там?
— Почти миллион.
Отлично, значит, деньги он еще не сжег, следовательно, инженер еще не попал в разработку, прослушки пока тоже нет. Ну, что же, тогда можно действовать.
— Вы понимаете, что, если начнется проверка и на вас выйдут сотрудники безопасности, но наличие такой суммы станет приговором?
— Да, в Москве уже проверяют библиотечные формуляры, — тихий ответ, клиент явно испытывает страх.
— Что вы хотите делать?
— Попробую передать американцам образец формуляра. Они обещали сделать такой же, но с меньшим количеством записей.
Вот на этом ты и погоришь, библиотекарь очень удивится, когда увидит изменения в перечне выдаваемых документов.
— Это разумно. А с деньгами?
— Не знаю, закопаю на даче или… уничтожу, — судя по гримасе на лице, расставаться с купюрами предатель не хочет, но деваться ему некуда, чувствует, что земля начинает гореть под ногами.
— Прятать бесполезно, при попадании в разработку и дачу и квартиру тщательно обыщут. Единственный способ — сжечь купюры в печке. Вы же сами это понимаете. Половину суммы нужно уничтожить.
— Да, — однообразно ответил инженер.
— Вот и хорошо. Все деньги в квартире?
— Нет, на даче еще примерно сто тысяч, и золото закопано на огороде и спрятано в доме.
Заставил хозяина принести деньги. Блин, их реально много. Все хорошо, я даже не ожидал настолько большой объем. И это несмотря на то, что основная сумма из сторублевых купюр состоит. Но даже так не представляю, как ее незаметно вынести. Приказал хозяину принести линейку. Оказалось, что кирпич из десяти пачек сторублевок по размерам 14 на 12 на 7 сантиметров получается. Ну, плюс-минус миллиметр. А у хозяина деньги именно так и хранятся — блоками по десятку пачек, завернутыми в толстый полиэтилен. В каждом по тысяче бумажек. Кстати, у пятидесятирублевок точно такие же размеры, а вот четвертаки чуть поменьше, где-то 12,5 сантиметра на 6.
Такие вот «кирпичи» должны быть, только по 100 и 50 рублей
Интересно, что все пачки перевязаны не стандартными банковскими бумажками, а резиновыми кольцами, теми самыми, что девчонки волосы перевязывают, а хозяйки используют для закрывания бумагой банок с вареньем. Не удивлюсь, если американцы меняли деньги малыми партиями у валютчиков.
— Дома картошка есть?
— Да, — хозяин вопросу не удивился, он же «знает», что сам с собой беседу ведет.
На кухне оказался полный ларь отборных клубней. Добротный такой ящик, с тремя ячейками. Самая большая для картофеля. Есть еще две поменьше — для моркови, а также для лука и чеснока. Хозяин рачительный, домовитый.
Не так я себе представлял процесс сравнительно честного отъема денег. В реальности пришлось серьезно потрудиться. Блоки с пачками пришлось распаковывать. Тут и рюкзак мой пригодился. На дно его я высыпал тонкий слой клубней, поверх них полиэтилен. Резинки поснимал, перевязывая одной уже по 2–3 пачки. Мне нужно, чтобы у инженера их осталось столько, чтобы потом следствие решило, что он около 400 тысяч рублей сжег…
Вошло в рюкзак примерно тысяч на триста сотками и еще пятьдесят тысяч купюрами по пятьдесят рублей. Я дополнительно сбоку напихал клубней. Мне нужно, чтобы они под тканью проступали, создавая иллюзию, что весь рюкзак корнеплодами заполнен. Сверху пачек опять полиэтилен положил. Мешок мой заплечный до половины заполнил. Сверху еще слой картошки насыпал, морковки, лука положил с чесноком. Затянул горловину, посмотрел критическим взором — нормально получилось, сразу видно, тащит человек остатки урожая с огорода. Вес, правда, не очень большой, килограмм пятнадцать, не больше, но тут расхождение не очень заметно.
Вот и все, можно идти. Пришлось только немного задержаться, чтобы внушить инженеру четкие инструкции. Он должен сегодня же поехать на дачу и сжечь в печке все хранящиеся там бумажные купюры. Резинки взять с собой, сложив их в коробку — пригодятся, чтобы потом банки с вареньем закрывать.
Отдельно объяснил про себя. Познакомился хозяин со мной случайно, я помог ему завести машину, в процессе работы он договорился, что я помогу ему с электрикой в квартире. Сам инженер, хоть и занимается электроникой, но он больше теоретик, руками работать не привык. Заплатил мне за работу пятьдесят рублей. Заодно немного подправил воспоминания его о своей внешности. Не сильно, но немного их исказив.