Вот так, товарищи, не имеем мы такого права, потому что, по их мнению, жить хорошо могут исключительно они. Вот тогда я и понял, что вековая ненависть к нам англосаксов — это вовсе не выдумка пропагандистов, а самая настоящая реальность. И запомнил я тот случай хорошо. Так что, взаимодействуя, что с бриттами, что с американцами, нужно всегда помнить о своем интересе. Тем более, я-то уже пережил 90-е во всей их красе, когда мы чуть вообще не сдали свою государственность. И чем хуже у нас было, тем больше нас нахваливали «заокеанские партнеры», мол, «гуд, парни, гуд, все правильно делаете». Такое забыть трудно.
Только все сказанное касается и всех других европейцев без исключения. Не видят они в нас равных партнеров. Через губу поучать — это сколько угодно, но не более того. Самомнение у них раздутое дальше некуда. Даже болгары и черногорцы, уж какие братушки на словах, а быстрее собственного визга во враждебную нам НАТО побежали. Да и сербы оружие нашим врагам продавали без всяких внутренних терзаний и это после того, как наши добровольцы и десантники их спасали.
Привыкли европейцы, что русские с ними постоянно пытаются играть в добро, забывая про все гадости, которые получали в ответ. А надо не так, впрочем, как раз к 20-м в России научились работать с зарубежными партнерами жестко и без особого пиетета.
Мне хороший знакомый рассказывал, как ему один итальянский бизнесмен жаловался на русских партнеров. Суть в том, что итальянец, считая, что без него не обойдутся, заломил за поставки товара совершенно нереальную цену и отказывался ее снизить, ведя себя предельно высокомерно. Кончилось тем, что с ним отказались вести дело. Жестко отказались, найдя других поставщиков. И, неожиданно для него, прежде дружелюбные русские, неоднократно призывающие жить мирно, внезапно послали его нафиг. И не изменили решения даже после того, как он предложил цену ниже конкурентов. Его просто выкинули из бизнеса. Потом он шибко плакался, жаловался всем вокруг на варваров русских.
Те же восточноевропейские народы привыкли, что русские с ними слишком мягко себя ведут. А надо бить по рукам за каждый акт нелояльности. Впрочем, мы сами виноваты, научили, что достаточно малость поплакаться и русские простят, а, доброту западные партнеры понимают, как слабость. Долго переучивать придется. Вот с американцами они как шелковые, знают, что не забалуешь.
Рассказал присутствующим немного измененную историю про услышанную от англоязычных туристов фразу. Но, чувствую, далеко не все прониклись, хотя некоторые вполне одобрительно смотрят.
— Вот такое мнение у молодых литераторов, — рассмеялся Семен Семенович, — Но мы товарища Гарина позвали для обсуждения деталей его марсианской эпопеи.
Еще примерно час меня терзали разными подробностями. Много вопросов было с подковырками, а в ряде случаев я откровенно плавать начинал. И все же для не специалиста кое-как справился.
— Скажите, Александр, — задал мне очередной вопрос Семен Семенович, — Вы уже предложили свою книгу какому-нибудь издательству?
— Да, сегодня был в журнале «Вокруг Света». Обещали на днях позвонить, но там напечатают только сокращенную версию повести. Зато сколько читателей будет, если повезет и она выйдет на их страницах, тираж у них огромный, — не стал скрывать я.
Пожалуй, просто так уходить не стоит, нужно бы подытожить свой бенефис, малость смягчив впечатление у присутствующих.
— И еще, товарищи, все, что прозвучало здесь — это только мое личное мнение и не более того. Ни в коем случае я не пытаюсь его навязать специалистам. Я все же не более чем самоучка, нахватавшийся по верхам. Я вообще пока только учусь на первом курсе института. Несмотря на все расчеты, приведенные в книге, они играют только второстепенную роль. Основной лейтмотив романа — преодоление суровой окружающей действительности, выживание благодаря знаниям, силе духа, а затем и помощи людей с Земли. Марс в данном случае — не более чем фон, тем более что, состав марсианского грунта пока неизвестен. Возможно, никакой картофель на нем прижиться не сможет несмотря на добавление органических удобрений.
Только распрощался с космонавтами и учеными, открываю дверь в номер — телефон разрывается. Поднял трубку — Вася Пяткин собственной персоной. Сказал, что не знаю, удастся ли попасть к нему, очень уж плотно занят. Попросил часов после шести заехать ко мне, а то, зря, что ли, гостинцы тащил. Таких деликатесов, что в Магадане можно купить, в Москве не найдешь.
Ну, все, умотали меня старики, как Сивку крутые горки, надо спать ложиться. Ничего нового, я им, конечно, не сказал. Все они и без меня прекрасно знают. Не те люди, чтобы я их поучал. Даже не знаю, зачем им потребовалось меня выслушивать. Эх, вот бы у Леонова картину купить или в подарок получить. Но я даже заикаться не стал, получилось бы, что я плату требую за разговор, а тут, скорее, мне честь сделали, позволив высказаться.