— А… — стон сорвался с губ Льюиса. Было видно, как тяжело ему совладать со своим гневом. На секунду я подумала, что зря спорю, но поганое чувство несправедливости убедило в обратном. Я сложила руки на груди и отвернулась от мужчины.
— Ты с ума меня сведёшь, пташка. Я чётко сказал. Свернуть в проулке направо. Право! Понимаешь?
Горячая волна стыда пробила броню. Мне захотелось спрятаться.
— Ты, правда, меня искал всю ночь? — неожиданно для себя спросила я, потупив взор.
— И день, и ночь. — устало выдохнул и махнул рукой мужчина. А после некоторой паузы сказал, — Пойдём. За завтраком расскажешь о своих приключениях. — и уже себе тихо добавил, — Вырвалась птичка из клетки, на мою голову. А я теперь обещание исполняй… — мне было любопытно, кому и что обещал Льюис. Но сейчас все были уставшие, голодные и злые. Мне так ещё и неловко было. Решила, что переспрошу в другой более удачный момент.
Далеко идти не пришлось. Ферди обошёл меня и открыл небольшую боковую дверь, незамеченную мной раньше. Он, пропустив меня вперёд, сам шагнул следом.
Двор был выложен брусчаткой. Справа от главного дома находилось одноэтажное строение средних размеров. Оттуда раздавался знакомый грохот, так звучали чашки и тазы, а гомон голосов подтверждал, что повара приступили к своей работе. Я сомневалась, что в столовой нас могут накормить в такое время. Но Льюису удалось раздобыть завтрак.
Светлые стены обеденной залы были увешаны картинами гор и океана. Они хорошо сочетались с небольшими, круглыми столами из дуба. Стулья были простые, но с очень удобной спинкой.
— Ешь, — Льюис поставил передо мной тарелку с горячим омлетом и чашку чая. Сам устроился напротив. — Сейчас поешь и отдыхать. Комнату я оплатил на десять дней вперёд. Если не устроит, найдёшь другое жильё. Ну, или продлишь проживание здесь. — всё это он говорил пережёвывая свой омлет. Отличались только наши напитки.
В маленькой чашке Льюиса обнаружилась тёмная, почти чёрная жидкость. От неё исходил чарующий, немного терпкий, но в то же время со сладкой нотой, аромат. В памяти мгновенно вспыхнули воспоминания о госпоже Рэй. С её слов я могла понять, что женщина скучает по своей прежней жизни. Это не было удивительно. Ведь в пансионе все были лишены благ цивилизации. И госпожа Рэй часто рассказывала о своём любимом напитке: «Сейчас бы кофе… хотя бы глоток». Из описаний моей «наставницы» выходило, что сейчас на столе стоял именно этот напиток. Кофе. Удивительно, но я зависла на мысли: «Я должна выпить содержимое этой чашки!»
— Ты почему не ешь?
— Это ведь кофе? А можно мне тоже? — Не знаю, каким взглядом я сопроводила свой вопрос, но Льюис отчего-то поперхнулся. Кашель вынудил мужчину выпить чашечку чёрного напитка залпом. Моему огорчению не было предела.
— Ты чего? Кофе никогда не пробовала?
— Нет.
— Не кисни, пташка. Выпьешь сейчас, не уснёшь. Давай позже. Хорошо? — в ответ я кивнула и принялась поедать содержимое своей тарелки.
Дождавшись, когда я закончу с завтраком, Льюис спросил:
— Ну? И где ты была всю ночь?
— У святого источника! — при воспоминании я невольно улыбнулась.
— Тебе там так понравилось?
— Очень, — закивала я, вторя своим словам. — Там красиво. И спокойно. Всегда мечтала посетить такое место. — и я принялась рассказывать всё произошедшее со мной. Льюис слушал внимательно, подперев подбородок рукой. Изредка задавал уточняющее вопросы.
— А потом я чуть не забыла алкар. Настолько была голодной, представляешь? — я поймала себя на мысли, что не помню, когда была такой счастливой. Не помню, чтобы так увлечённо рассказывала о себе. Прошло всего ничего с момента моего бегства, а я уже так изменилась. Но нужно отдать должное Льюису. Он был идеальным собеседником. С интересом вслушивался в каждое моё слово и интересовался моими эмоциями. Отчасти за перемены во мне стоило сказать спасибо Льюису.
— Покажешь? — голос вырвал из размышлений. Я даже не сразу поняла, о чём меня просят. — Я про алкар. Где он? — наверное, растерянность отразилась на моём лице, раз мужчина решил пояснить свою просьбу.
Спохватившись, кинулась к своему багажу. Мне пришлось перекладывать алкар в предрассветных сумерках и на узкой тропе. В кармане камень плохо помещался и оттягивал юбку, что усложняло спуск.