Быстро переодевшись в очередное тёплое платье, привела себя в порядок и вышла к Льюису.
— Идём? — мужчина, жестом пропустил меня вперёд, а заодно указал направление.
Утром я не заметила, что комната находится в конце коридора, да ещё и на третьем этаже. Светлые стены и тёмный дощатый пол контрастировали и создавали иллюзию дополнительного объёма. Я насчитала здесь десять комнат. Почти за каждой слышались голоса.
«Интересно, почему все дома?» — невольно задалась я вопросом:
— Льюис, я могу спросить. — мужчина немного напрягся, что меня удивило, но я не стала заострять на этом внимание. — Почему все в комнатах?
— Так время, обед. Жара. — пожав плечами, коротко объяснил он.
— То, что люди прячутся от палящего солнца, я уже поняла. Но, неужели никто из них не работает? Льюис, а где мы вообще?
— Ты интересуешься конкретно домом? — мне ответили вопросом на вопрос. Тем временем мы уже вышли на улицу.
Южное палящее солнце обожгло с новой силой мои уже подгоревшие щёки. Ещё утром, я не заметила ожогов, только проступающий жар на лице чувствовался весьма необычно. Но я списывала всё на банальную усталость. Сейчас синевато-красные пятна, замеченные мной во время умывания, под полуденным светом, отзывались болью, заставляя меня морщиться.
— Идём быстрее. — увидев мою гримасу, поторопил Льюис. — Расскажу, когда обед закажем. И… — мужчина замялся, но спустя мгновение, добавил, — Мне нужно с тобой поговорить. Как раз всё обсудим.
После этих слов я забыла все свои вопросы. Меня стал интересовать лишь один. «Ну что опять затеял Ферди?» Я набрала побольше воздуха в лёгкие, чтобы уточнить, но меня пресекли поднятой рукой и властным: «Позже!». Пришлось дожидаться объяснений.
Присели мы за тот же столик, что и утром. Как ни странно, сейчас мы были не единственными. Это удивляло, ведь я успела выяснить — без необходимости люди не выходят в это время дня.
В столовой находилась ещё одна пара. По их внешнему измученному виду и чемоданам прибившихся у ног можно было понять, прибыли только недавно и планируют остановятся в этом доме. Обычные люди с обычным багажом придали мне уверенности в себе. Убедили — я не единственная, выброшенная на берег рыба. Эти двое, стали для меня очередным олицетворением храбрости. Да, возможно, они путешествовали ради удовольствия, а по необходимости. Но что-то заставило мою душу потеплеть.
— Чего застыла? — Льюис был как всегда, прост и бестактен. Тычок пальцем в мои рёбра показал это очень явственно. Я смутилась и отвела взгляд, на что мужчина только фыркнул.
Передо мной опустилась тарелка с супом, румяные пресные булочки и кофе.
— Для обеда время позднее. Что осталось... — Льюис кивнул на еду. Но я его уже не слушала. Схватила чашку с напитком и попыталась выпить.
— Ну, выдрушкино стадо! — отнимая такой желанный напиток, возмутился Льюис. — Пташка, ты как дитя неразумное. Кофе на пустой желудок вредно! Сначала суп.
Я принялась с огорчённым выдохом покорно черпать содержимое тарелки. Внутренний толчок сопротивления ударил прямо в грудь. Слова госпожи Рэй: «Не позволяй собой манипулировать. Особенно мужчинам» сами всплыли из недр моего разума. Каждый раз, когда наставница повторяла эту фразу, я краснела и отвечала: «Госпожа, что вы! Где я, и где мужчины. Мне это не грозит». Сейчас я оказалась именно в такой ситуации. Конечно, Льюис ничего дурного мне не желал. Напротив, пытался уберечь моё здоровье. Только не очень удачно выбрал для этого тон и время. Для меня попробовать кофе стало навязчивой идеей. Я почему-то решила, что именно так стану чуть ближе к госпоже Рэй, прикоснусь к её жизни, по которой она так скучала. Льюис, конечно, всего этого знать не мог, но своим действием в очередной раз спровоцировал меня:
— Почему ты мне запрещаешь? — ложка с глухим стуком ударилась о дубовую столешницу. — Отдай мне кофе! — Льюис поперхнулся.
— Айрин, скажи. Может, ты втайне желаешь мне смерти? Если нет, то как у тебя, получается, заставлять меня кашлять каждый приём пищи? — в глазах мужчины появился азартный блеск, а одна из бровей поползла немного вверх.
— Ты на корабле не кашлял, — заметила я. Льюис успел изучить моё поведение, и это огорчало.
Он мастерски перевёл тему с моего напитка, задав новый вопрос, точно зная, что этим смутит меня.
— Там мы редко оставались вдвоём и мало разговаривали. — Ферди ответил с невозмутимым видом и продолжили обедать как ни в чём не бывало.