— Где? — озираясь по сторонам, мужчина сканировал взглядом комнату.
— Подойди к кровати.
— Айрин! Ты что под кровать его засунула? Да, кто же так трупы прячет? Хоть бы в уборной оставила! — одним рывком папа, преодолел расстояние до кровати и с удивительной прытью, заглянул под неё. А потом словно вмиг постарел, с кряхтением поднялся и ещё больше покраснел от злости. Мне показалось, что ещё несколько секунд и из его ушей пойдёт пар. Глаза настолько округлились, что готовы были выпрыгнуть из орбит.
Я пыталась. Честно. Держалась, что есть сил. А потом не выдержала и рассмеялась во весь голос. И смеялась так долго, что Мартин успел успокоиться и подобреть.
— Ты поверил?
— Ну а как здесь не поверишь? Если бы ты видела своё лицо, когда говорила про труп, таких вопросов бы не задавала.
— Ты ведь меня пусть и немного, но знаешь. Разве я могу убить человека? — всё ещё немного посмеиваясь, ответила я.
— Убью, поганца! — и так это было сказано, что я поверила. Точно убьёт.
— Кого? — мне даже сделалось страшно.
— Льюиса, конечно! Он из тихой тебя, сделал егозу шутливую! — от этих слов я вновь рассмеялась, а папа нахмурился.
После того как Мартин — бывший, а может и будущий, служитель императорской канцелярии, решился ради меня на преступление, подумала, что пора называть его «папой». Но только про себя. Вслух же сказала:
— Мартин, видишь алкар на тумбочке? Помоги установить, пожалуйста. Я не умею. А Варос слишком жаркий и пыльный город. Без защитного купола — никак.
— Откуда у тебя такой камень? — папа взял алкар, тот самый, что появился у меня в первые сутки пребывания на материке, и заинтересованно покрутил в руках.
— Духи у Источника подарили, — как-нибудь я расскажу ему историю о моём первом дне здесь. Но не сейчас. — Ты понимаешь, что он содержит?
— Кроме стандартных защитных… из него исходит энергия порталов и, кажется, веет счастьем.
— Что это значит? — я нахмурилась, не понимала, о чём говорит отец.
— То, и значит. Духи даровали тебе счастье. Это лучшее, что они могут дать.
— Подожди, ты сейчас говоришь о том, что алкар не был «лекарством»? А как же моё исцеление?
— Кхм… — папа прокашлялся и пока пытался подобрать слова, усиленно хмурил брови, — Айрин, недуг ушёл благодаря твоим ежедневным тренировкам и собственной силе духа. Камень здесь ни при чём. Хотя… — Мартин ненадолго прервался задумавшись, — В твоём случае, он подарил веру и чувство защиты. Получается, что да, отчасти алкар — исцеление.
Я была ошарашена правдой. Всё это время мне думалось, что я словно под защитой Духов, а оказалось — это банальное самовнушение.
— Пойдём устанавливать. — отец перебил мои размышления, — Такой камень, будет оберегать не только от пыли и жары, но и от невзгод твой семейный очаг.
Алкар был установлен и активирован в центре дома, под лестницей. Там, где отведено специальное место, чтобы поле равномерно распределилось вокруг здания.
Льюис так и не пришёл. Наверное, решил, что и сейчас мне стоит самостоятельно разобраться во всём произошедшем.
Мы вернулись в гостиную и болтали до самого утра. Отец рассказал мне историю его жизни. Мою маму звали Элеонора Винсент. Эдна Винсент оказалась моей родной тёткой, и имя она же мне и дала. Почему она так невзлюбила меня? Причина оказалась банальной. Отец, тогда ещё молодой, устроился на службу. Встретил маму и собирался жениться. Они назначили день, когда должны были встретиться у Святыни, но мама так и не пришла. В тот период папе пришлось несладко. Имя и личность раскрывать было не положено из-за очередного задания. В связи с этим родители скрывались, о чём и узнала Эдна. Тётушка всегда была благочестивой и ненавидела мужчин. Назвала маму грязным отродьем, и решила спрятать беременную сестру и её не родившегося ребёнка на острове. В этом ей помог один из чиновников. Тогда ещё обычный клерк. Так и пошло по накатанной. Они работали вдвоём. Морили и убирали ненужных людей. Винсент жила богато. Не удивительно, ведь за двадцать лет, она с напарником провернула не одну сделку. А сестра её, Айрин Винсент, умерла при родах. И осталась я. Порождение греха. Дочь блудницы.
Обо всём этом отцу рассказала госпожа Элиот. Её тоже привлекли к судебному разбирательству, и сейчас она находится в одной из тюрем столицы.