Глава 6
Я зашла в комнату, там уже сидели Ева и Регина… сидели и ждали. Ждали, пока я приду и объясню, почему ушла в сторону туалетов и больше не вернулась на дискотеку, хотя по правилам должна была.
— Почему не вернулась на дискотеку? — решилась озвучить вопрос Ева минут через десять после моего прихода. По всей видимости, они боялись услышать ответ, вот и не решались задать его. Скорее всего, они что-то нафантазировали, поэтому и боялись. — Когда я ушла в туалет, за мной пошёл тот чокнутый и ударил по щеке, и что-то говорил про то, что мне нравится… Может, он и хотел ударить ещё раз, но тут подошёл Арон и врезал ему несколько раз, потом схватил меня за руку (но так, чтоб мне не было больно) и отвёл в комнату вожатых. Там я и сидела всё это время. Сидела и читала книгу.
Девочки всем сердцем возненавидели парня, что и не скрывали, называя его нецензурной лексикой, самое мягкое из которой было: «гад» (это я выбрала единственное цензурное оскорбление).
— Стоп. Арон врезал ему из-за тебя? Вы что, с ним знакомы? Не просто же так он заступился и отвёл в свою комнату… Может, ты ему понравилась? — Он мой старший брат, как бы говоря. Или вы за отношения в семье? Как было принято у Габсбургов? Вы, может, и за, но я — нет. — Конечно же, нет!.. мы просто не знали…
После оскорблений в адрес малоизвестного парня мы прогулялись по территории лагеря и увидели закат. Причём не просто закат, а очень красивый… трёхцветный: голубой, розовый и белый одновременно. Такой закат я не видела больше нигде. А самое удивительное, что цвета были расположены так же, как на флаге России (белый, синий (голубой), красный (розовый)). Это наводит на мысль о том, что лагерь целиком и полностью соответствует своему названию: «Мечта». Что я уже и не раз сказала за время, что здесь нахожусь.
***
(Утро следующего дня)
Мы (весь лагерь) сидели за столами и завтракали гречневой кашей с молоком.
Я только подумала о том, чтобы встать со стула и отнести посуду (мы складываем посуду после еды на стол в конце столовой), как к нашему столику подошёл парень, который вчера ко мне приставал на вечеринке, и сказал, обращаясь ко мне:
— Можем выйти? Надо поговорить, желательно не при всех, а наедине. Если ты, конечно, не против говорить со мной после вчерашнего.
Я кивнула в знак согласия и пошла следом за ним из столовой. Сказать, что я была удивлена, — это ничего не сказать. Почему? Да потому что я не думала, что он захочет обсудить вчерашнее, и тем более не думала, что у него появится ещё больше синяков, чем после ударов братишки. Как минимум, при мне Арон нанёс ему около двух-трёх ударов, но никак не штук шесть (именно столько у него было синяков на лице).
— Извини меня, пожалуйста. Я вёл себя неподобающим образом. Так нельзя себя вести, тем более с девушкой. — Скажи честно, кто тебе накостылял? Ты же не из тех парней, что извиняется за подобное… — А то ты не знаешь? Не строй из себя мисс невинность.
Я нахмурилась.
— Представь себе, не знаю.
Парень ухмыльнулся.
— Ваш вожатый — Денис, вроде. Ты ещё с ним вальс танцевала… Нашла покровителя, — парень злобно ухмыльнулся. — Ах да, я не могу так говорить, а то ты своему вожатому нажалуешься или сразу двоим. Они хоть знают, что ты обоим мозги пудришь? Может, мне им рассказать? — Во-первых, тебя это не касается, а во-вторых, ты уверен, что это был Денис, а не Арон? Может что-то перепутал?
Парень кивнул и ушёл обратно в столовую. Он ушёл, а я вот и пошевелиться не смогла… Я просто в шоке. Даже когда мне сказали про лагерь, я не была в таком шоке. К счастью, скоро пришла Регина.
— Я унесла за тобой посуду. — Спасибки. Ты очень добра ко мне… — Что с тобой? Ты как будто расстроена и удивлена одновременно.
— Денис накостылял вчерашнему парню. Вроде из-за меня.
Глаза Регины стали размером с пятирублёвую монету. По всей видимости, эта новость удивила не только меня. Сами посудите: Денис создаёт впечатление человека спокойного, весёлого, про таких ещё говорят — «и мухи не обидит». А тут избил парня и вроде как заставил извиниться. Парня, который с ним никак не связан, вроде…
Понимаете, одно дело, если бы он задел его самого или близких Дениса, а тут… из-за меня. Но мы ведь даже не друзья. Просто в одном отряде, ах да, ещё вместе станцевали вальс на мероприятии, не более того.
— Дарья и Регина, идите в беседку! — позвала нас воспитатель.
Зачем? Всё просто: обсудить сегодняшний день и, скорее всего, новое мероприятие. Поэтому ещё она захочет обсудить подготовку к нему. Какое именно? Я узнаю чуть позже и напишу вам.
Узнала. Поэтому все бегут собираться. Куда? Сегодня все отряды идут в поход с ночёвкой. Как нам сказали, там будет очень красиво. Река, палатки, лагерный костёр… но я всего этого не хочу. Почему? Во-первых, сожрут комары. Во-вторых, во время лагерного костра неизвестно, с кем ты сядешь. Может, какой-то дурак попадётся. В-третьих, я реалист и понимаю, что многие захотят искупаться в реке. И что в итоге? Некоторые могут утонуть! А самое ужасное, что когда старшие отряды полезут купаться, мелочь тоже захочет. А это очень опасно. Мало ли какая глубина, а когда умирают совсем малыши — это ужасно… особенно для родителей. Нет ничего хуже, чем хоронить своих детей, в особенности если тем нет и десяти лет… хотя возраст и не имеет значения… Смерть есть смерть, и что бы там ни говорили про освобождение и про то, что всё к лучшему, смерть — это всегда горе и большая утрата для близких людей. Как сказал один великий человек (не помню точно, кто): «Наша жизнь не принадлежит нам. Она принадлежит родителям и нашим близким людям, ведь именно они будут горевать и мучиться после нашей смерти…»