Если бы он был настоящим, то я бы предположила, что Майк всю ночь просидел у моей постели, охраняя мой беспокойный сон. А на самом деле, это подсознание не желает сдаваться. Заставляет вспомнить, что эти слова, звучащие будто обещание всегда быть рядом и защищать от опасностей всего мира, принадлежат генералу из фильма «Сквозь время», автором идеи и режиссером которого, как и «Во лжи», является Андрей Васильев - лучший друг Егора Саматова. Именно об этом я вспомнила в тот момент, когда случилась авария, и я поняла, кто такой «Андрюшенька».
— Подсознание первично… что бы там не утверждали психологи…
Я буквально сползаю по стене на пол. Снизу вверх смотрю на Майка стоящего в дверях ванной.
«Я же просил тебя вчера вспомнить, — усмехается он. — Сегодня было бы легче».
— Нет… теперь уже никогда не будет легко…
Это невероятно! почему? почему это случилось со мной? Неужели боги и вправду существуют, и сидят сейчас на облачках, свесив ножки, помахивая крылышками, и хихикают? Неужели такое возможно? Кто еще мог придумать столь нелепую ситуацию? Мадам Судьба? В таком случае она просто злобная старая ведьма!
— Боже… и что мне теперь делать?
«Честно? Я тоже затрудняюсь с ответом. Опять же, если бы сейчас была ночь, я бы сказал: «ложись, спать Танечка – утро вечера мудренее», но ты заупрямилась и лишила меня такой возможности. Так что, выпутывайся теперь сама», — и Майк исчезает.
Чудесно! В изумлении качаю головой. Еще вчера я думала, что утрачу способность удивляться, а сегодня не способна испытать других эмоций, кроме глубочайшего недоумения.
В любом случае, на работу идти надо. Я заставляю себя встать, принять душ, собраться, позавтракать, но делаю все механически, словно робот. Так же и выполняю свои служебные обязанности; за целый день, даже не присела ни разу и не поела. Мне все кажется, что если остановлюсь, то сойду с ума. Или взорвусь, как воздушный шарик. Мой мозг перегрузился и просто не способен обработать полученную информацию.
Андрей Васильев тот, кто создал Майка, а Егор Саматов тот, кто его сыграл. «Жуть в квадрате помноженная на жуткую жуть», как сказал однажды Дин Винчестр*.
И это возвращает меня к утреннему вопросу «что первично: сознание или материя?». Если допустить, что идея создания образа Майка, принадлежащая Андрею – это сознание, а экранный Майк, воплощенный в жизнь Егором Саматовым – материя, то… ерунда получается. Актерская игра не самое важное в создании образа, не менее важна работа сценариста и режиссера. То есть это продукт созданный усилиями нескольких людей. А значит Майка, как отражения Андрея Васильева или Егора Саматова просто не существует. Что, в принципе, и требовалось доказать.
Но почему легче не стало?
О! Еще один вопрос! Если бы Майка (а тем более генерала) сыграл другой актер, я бы в него влюбилась? Ответ однозначный и обсуждению не подлежащий – нет! Нет и НЕТ!!! И, что теперь думать? А делать? Аааааа! А уже сумасшедшие могут сойти с ума во второй раз?
— Добрый вечер! — я подхожу к столику, за которым сидит человек. — Что будете заказывать?
— Неваляшку, пожалуйста.
— Такого блюда в нашем меню… Что? — я поднимаю глаза от блокнота и встречаю улыбку Андрея. И чем я заслужила гнев Вселенной? Или это месть богов? — О! И, что ты тут делаешь?
— Я тоже рад тебя видеть.
— Прости, — растерянно улыбаюсь, — я работаю.
— Знаю. Поэтому в ожидании, пока твой рабочий день закончится, я закажу чашечку кофе. «Американо», пожалуйста.
— Хорошо. Еще что-нибудь? — Андрей отрицательно качает головой. — А потом?
— Потом что-нибудь придумаем.
— Хорошо.
Я выполняю заказ Андрея, затем иду переодеться, до конца смены осталось десять минут. Захожу в туалет для персонала. Открываю мусорное ведро, снимаю с крючка туалетную бумагу и начинаю с остервенением (в подражание Злому Парню) рвать ее на мелкие кусочки. Ааааааа! Уууууу! Я готова выть и кричать, царапать и кусать. Туалетная бумага порвана, а легче не стало. Боже, боже, зачем так издеваться надо мной?! Неужели нельзя было завтра приехать? Или, хотя бы предупредить?! Ведь именно так и поступают все культурные и адекватные люди! Кому мне молиться, чтобы заслужить прощение?
Немного придя в себя, я возвращаюсь к Андрею, и мы решаем поехать в ресторан.