— Пей. А то нос красный, как у снеговика, ведь совсем замерзла, пока стояла под окном.
Только не плакать, только не стать японским приведением! Я беру кружку с черным кофе, грею руки и делаю несколько маленьких глотков, смотрю в окно.
— Вообще-то черный кофе я для себя заказывал.
— Я не пью «Капучино», — отвечаю я холодно, двигаю к нему вторую чашку.
— Учту на будущее, — берет кружку с кофе и откидывается на спинку кресла. — Ты права, гадость, — говорит он, сделав несколько глотков. — Согрелась? — я неуверенно киваю. — Тогда рассказывай.
— Что?
— Зачем просила о встрече.
— Я… Да, конечно. Я звонила вашему менеджеру до того, как мы с вами встретились…
— Опять «выкаешь»? — перебивает меня. — Если фанатка – должна знать, что я младше тебя.
— На год, да, я знаю. Но… — ставлю чашку и прячу трясущиеся руки под стол. — Я не фанатка. — В самом деле? — Прости… Просто я нервничаю. Этот заказ очень важен для меня. На самом деле это мой первый заказ.
— Ладно. Сделаю вид, что верю. И кто заказчик?
— Я… м-ммм… — глубокий вздох, ногти в ладони. — Заказчик пожелал остаться неизвестным.
— Почему?
— Почему? Ох. Откуда мне знать? Может, стесняется? Не знаю. Но он обещал заплатить мне очень хороший гонорар за ваш портрет.
— Сколько?
— Пусть это останется коммерческой тайной.
— Вот-вот. А мне какая выгода с того, что ты будешь рисовать мой портрет за деньги, а я впустую тратить свое время? Разве моделям не платят? Может, следует не тебе платить, а мне? — Он снова насмехается надо мной? Или серьезен?
— Я думала об этом. Могу отдать вам 70 процентов. — А сколько стоит портрет «звезды»? — Или я могу нарисовать два одинаковых портрета. Один отдать заказчику, а другой оставить вам, в качестве платы за потраченное время. — Я с надеждой смотрю на его холодное лицо.
— А почему твой клиент не захотел заказать работу у более известного и профессионального художника?
— Не знаю. Наверное, ему нравится, как я рисую.
— А ты где-то выставлялась?
— Нет…
— Тогда твой таинственный заказчик кто-то из знакомых?
— Нет.
— И как ему могут нравиться твои работы? Где он их видел?
— В Интернете.
— Что? В интернете? Серьезно?
— Да… — я и вправду отсылала несколько не самых любимых, но хороших работ в фан-группы и на фан-сайты Егора Саматова, конечно под псевдонимом. Одна из работ даже победила в конкурсе «Зрительские симпатии» и я получила приз. — Вот, смотри…
Открываю папку, в которой лежат пять лучших моих работ. Три портрета Майка и два генерала. Егор рассматривает рисунки. Больше всего его заинтересовал карандашный портрет генерала, на котором он улыбается – искренне, как пятнадцатилетний мальчишка.
— Почему ты их нарисовала? — Егор закрывает папку.
— Что? Я… Ах, да. Это наброски для заказчика. Дело в том, что он, в смысле заказчик, хочет портрет именно Ваш… то есть твой, а не твоих экранных персонажей.
— Понятно, — он молчит, разглядывая меня. Как будто по моему лицу ползает сотня муравьев. До чего неприятный и тяжелый взгляд.
Я не знаю, что сказать. Допиваю уже остывший кофе.
— Что-то мне не нравится в твоей истории. Или личность твоего заказчика, или неправдоподобность.
— О! Я… я не думаю, что он плохой человек или у него дурные намерения. Правда.
— А ты? Ты сама хочешь выполнить эту работу?
— Да.
— Почему?
— Здесь несколько причин. Первая - я художница, и мне очень важно, что меня оценили и заказали работу. Я уже говорила, что это мой первый заказ. Вторая – я люблю рисовать портреты. Третья – деньги. Четвертая – надежда, а вдруг, пусть даже в частной коллекции, кто-то увидит мою картину и пожелает заказать портрет для себя.