— Неужели ты что-то видишь в этой темноте?
Я вздрагиваю от неожиданности. Улыбаюсь, вернувшись к действительности из ледяного царства моих фантазий.
— Только холод. Мне кажется, температура значительно упала. Наверное, стало градусов десять или двенадцать.
— Согласен. Почему ушла из машины и оставила мерзнуть одного? — Егор останавливается рядом со мной.
— Я же печку включила.
— Но без тебя все равно холодно. Пойдем обратно. — Берет меня за руку.
— Я не хотела тебя будить, — иду за ним к автомобилю.
Мы забираемся внутрь салона, в котором, благодаря работающей печке стало тепло. Можно даже куртки снять.
Я снова сижу, прислонившись спиной к груди Егора. Знаю, что не должна, что приличная девушка не позволяет обнимать себя чужим парням. Даже когда холодно, очень холодно, и это единственный способ согреться. Даже если эта ночь может стать последней в вашей жизни, но… нет, у меня нет оправданий. Я просто позволю себе думать, что это сон. Волшебство. Или фантазия. Как разговоры с Майком. И буду счастлива в сильных объятиях того, кто на одну ночь из Мечты воплотился в Реальность.
Мы пьем кофе.
— Божественный напиток. Сам варил?
— Нет, кофеварка.
— Все равно вкусно. Все-таки, как догадался взять с собой? — удивленно качаю головой.
— Привычка, или точнее зависимость, не могу без кофе. И если предстоит долгий путь, всегда беру с собой.
— Надо же, зависимости иногда бывают полезными.
— Мир полон странных парадоксов.
— И не говори. — С сожалением допиваю кофе и ставлю свой стакан в пустой стаканчик Егора, стоящий на приборной панели. — Хотя само по себе слово «парадокс» подразумевает нечто странное, необъяснимое, нереальное. Поэтому странный парадокс странен вдвойне.
— Любишь болтать всякую ерунду?
— Точно. Я вообще много болтаю. Иногда, сама за собой не замечаю. Наверное, тоже своего рода зависимость. Вот только, вряд ли, польза от нее будет. Поэтому, давай пить шампанское. — Вручаю Егору бутылку и, подсвечивая телефоном, отстраняюсь, давая возможность открыть ее, не покалечив меня.
— И тогда ты разболтаешь мне парочку своих секретов? — С громким хлопком шампанское открыто и разлито по стаканчикам.
— Не получится. У меня нет секретов.
Мы возвращаемся в объятия друг друга. Медленными и маленькими глотками пьем шампанское. Сейчас, в тепле и на пустой желудок, опьянеть гораздо больше шансов, чем с первой бутылки.
— Знаешь, что странно… мы заблудились в снежном пространстве, вокруг бесконечная темнота, бензин рано или поздно закончится, и станет очень и очень холодно, а я не боюсь. Ни капельки. — С того момента, как ты улыбнулся я больше ничего не боюсь, кроме того, что эта ночь закончится и вместе с ней растает прекрасный снежный сон.
— Рад за тебя, — понимаю, что он улыбается. — А вот я боюсь. Вдруг, из леса придет медведь или голодные волки.
— Бедный трусишка, — на ощупь нахожу голову Егора и, как маленького, треплю за волосы. — Я тебя защищу. Во-первых, медведи зимой спят. Во-вторых, лес далеко и волки до нас не доберутся. А в-третьих, ты умеешь драться и сможешь всех победить.
— Третий способ защиты мне нравится больше всего.
— Так и знала, что ты оценишь мои усилия. Поэтому, будь любезен, разливай.
Сообща наполняем наши бокалы. В свете телефона лицо Егора кажется синевато-белым, совсем как у привидения. Наверное, я выгляжу так же жутко.
— За что пьем? — спрашиваю я.
— За снег. — Немного помолчав, Егор произносит: — Это одна из самых странных ночей в моей жизни.
— И в моей. А если бы это и, вправду, была последняя ночь в твоей жизни, ты бы хотел провести ее по-другому?
По-моему лицу мгновенно пробегает толпа муравьев. Так, значит это какой-то особенный, муравьиный взгляд, и теперь, мне просто необходимо разгадать его значение.
— С тобой – да. Без тебя – нет.