Так почему именно ты? Что в тебе особенного?
Перестаю смеяться, подхожу к зеркалу. Разглядываю себя. Щеки раскраснелись, глаза блестят. Я немного пьяна. И все же, хорошо держусь, учитывая сколько мы выпили. Видимо, находиться целый день в обществе Мии труднее, чем я готова была предположить. Но, молодец, справляюсь. Благодаря общению с ней, сумела за себя постоять. Стоило подумать, как поступила бы Мия, и все получилось само собой.
Так почему именно ты? Что в тебе особенного?
Имеет ли значение ответ? Мне просто повезло. И я буду этому радоваться. Зачем искать смысл там, где его заведомо нет? Зачем выдумывать ответы на вопросы, которые не изменят мою жизнь? Тем более, на вопрос, заданный не мною, а Мией. К черту!
Решаю вернуться к столику не через танцпол, а обходными путями. В одно мгновение мне кажется, что я замечаю Егора Саматова среди танцующих. Делаю три шага, оборачиваюсь, но нет, не он. Уже в который раз, с тех пор как мы вернулись из Парижа, мне мерещится, что я вижу его, оглядываюсь и понимаю, что обозналась. Наваждение что ли?
На этот раз нет. За время моего отсутствия, наша компания пополнилась новыми людьми: Егор, подруга Мии – певица Кристина из известной женской группы и два актера, занятых в новом проекте Андрея. Алия представляет меня новым знакомым, как свою лучшую подругу. Может, тогда я и вправду видела Егора? Неужели, пришел вместе с Кристиной?
Черт, у меня было такое хорошее настроение! Стоп! А почему я опять на него злюсь? На самом деле, я скучала (избегая по возможности любых встреч!), поэтому и рассержена. На себя. Эх, загадочная женская душа. В общем разговоре почти не участвую, перекидываюсь парой слов с Алией, украдкой посматриваю на красотку Кристину (такая же стройная и изящная как Надя) и иду танцевать.
Возвращаться за столик больше нет настроения, иду к барной стойке, заказываю себе мартини. Вот, бармен - нормальный парень, просит для него взять автографы Мии и Кристины. Обещаю исполнить.
— Хочешь, домой отвезу? — слышу голос Егора у самого уха.
— Черт, напугал, — я вздрагиваю от неожиданности.
— Прости, не хотел, — не садится рядом, хотя стул свободный, а остается стоять за спиной. Всем телом чувствую его присутствие, тепло исходящие от него.
— Сделаю вид, что верю. Отвезешь? Ты не пил?
— На такси.
— Тогда я и сама могу доехать .
— Но мне хочется тебя проводить.
— Почему?
— Повод сбежать. Надоело.
Молчу, допиваю мартини. А почему бы и нет? Мы договорились с Андреем, что сегодня я вернусь к себе, все-таки неприлично пьяной девушке вваливаться в квартиру парня среди ночи. Правда, это только мое мнение. Андрей хотел забрать меня, но я воспротивилась.
Ладно, пошли. Нужно только Алие с Мией сказать.
— Не надо, я уже их предупредил, попрощался со всеми от твоего имени и вызвал такси. — Егор помогает мне спуститься со стула.
— То есть ты не сомневался в том, что я соглашусь? — я удивленно замираю.
— У меня был козырь в лице Андрея, — усмехается Егор. — Он звонил, просил отвезти тебя домой.
— Эх, не удалось покапризничать.
Он берет меня за руку, проводит сквозь толпу танцующих, усаживает в такси. В машине потрясающая тишина, но в ушах все еще гудит от громкой танцевальной музыки.
— А как же Кристина? — спрашиваю я, беру Егора под руку и кладу голову ему на плечо. Чувствую напряжение, волной пробежавшее по его телу, но мне так хорошо рядом с ним и я слишком пьяна, чтобы оценить вольность своих действий, как и причину своей вольности и его напряжения.
— Ее проводит кто-нибудь другой.
— Хорошо. Я посплю… — закрываю глаза.
Он не отвечает, но я чувствую на себе муравьиный взгляд. Если бы я рисовала в сюрреалистическом стиле, то выразила бы его в такой картине: на ярко-желтом фоне огромная открытая улыбка Егора, а внутри нее, в карандашной технике гиперреализма, его глаз, из которого выползают мультяшные муравьи, черно-красными точками утекающие к огрызку зеленого сердца в левом углы картины. Такое только пьяной в голову придет или приснится.