Рассматриваю стеллаж, на котором нет ничего интересного и проливающего свет информации на хозяина. Думаю, что и книги и сувениры оставлены Аленой. О! Нахожу не очень секретную кнопку, и стеллаж раздвигается, пропуская меня в кабинет. Поднимаю жалюзи, позволяя солнечным полосам света разлечься на светлом паркете, прозрачной поверхности стола и широкой спинке белого кожаного кресла.
«Что ты хочешь найти?» — Майк прислоняется к стене, сложив руки на груди.
— А что ты ходишь за мной, как хвостик? Не знаю… но знаю, что секреты прячутся в кабинетах. Квартира слишком стерильна, кроме фотографий и то, сделанных его сестрой, нет ничего личного. Разве так бывает?
«Да, это подозрительно. Квартира сестры без личных вещей, машину продал. Тебе это ни о чем не говорит?»
— Ты имеешь ввиду его переезд в Штаты? Но почему до сих пор не уехал? Я так понимаю, что машину Егор продал еще до Нового года.
«Хороший вопрос».
— Я же говорила… — Беру со стола фотографию юной девушки. Брюнетка с ангельски прекрасным лицом, невинными голубыми глазами и грустной улыбкой. — Она прекрасна. — Сажусь в кресло, долго рассматриваю фото. — Как думаешь, кто она? И почему так печальна?
«Бывшая девушка?»
— Ей лет пятнадцать, не больше — возражаю я.
«Может, фотография давно сделана?»
— Думаю, нет.
«Что ты делаешь?!»
— Не вопи, — вскрываю рамку, достаю фотографию. — Когда ты стал таким трусливым?
«Когда ты стала такой смелой?»
Читаю надпись на оборотной стороне фотографии: «Люблю тебя. Помни о моем желании. Ю Мэй. 3 сентября». Почерк очень витиеватый и красивый. Странное имя. Прозвище?
— Почему без года? Кто так даты ставит?
«Наверное, предполагалось, что год и так запомнит», — Майк пожимает плечами.
— Теперь, я сойду с ума, гадая кто она, — возвращаю фотографию в рамку и на стол.
«Ну, это не великая потеря для мира. Непонятно только, почему тебя так заинтересовала эта девушка?»
— Не знаю. Она очень печальная. Странная надпись. И несчастный, предположительно, случай. Выбор, который нельзя изменить. Расставание с Надей и решение некоторых важных вопросов. Возможный переезд. — Моя рука, скользящая по столу, замирает. — Она умерла.
«Не выдумывай».
— Скорее всего так и есть. Кем бы эта девушка ни была для Егора – она ему очень дорога и он тяжело переживает ее смерть, возможно, винит себя. Наверное, поэтому он хочет уехать. От воспоминаний о ней. Черт… — Снова беру фотографию, рассматриваю. — Красивая…. Очень жаль, если я права…
«Очень похоже на то», — грустно соглашается Майк.
Ставлю снимок на место, перевожу взгляд на ноутбук лежащий в самом углу стола, а рядом с ним розовый проводок.
— Что? В самом деле?! — беру наушники, ищу знакомый надкус, оставленный Катиным злобным котом, заклеенный скотчем. — Это же мои наушники! Как?!
Так я их и нашел, а потом тоже потерял. Решил тебе эти отдать.
— Зачем он отдал мне свои?! — кладу на место. — Ох! Я его совсем не понимаю. Все! С меня достаточно! Не хочу ничего больше знать!
«А я тебе говорил: меньше знаешь, крепче спишь».
— Только и способен, что банальностями сыпать! — Опускаю жалюзи и ухожу из комнаты, не забыв закрыть дверь, возвращаюсь в гостиную. Рисовать настроения нет. Сажусь по-турецки у стеклянной стены, Майк опускается рядом.
«Почему ты злишься?», — его голос спокойный, умиротворяющий.
— Потому, что снова ничего не понимаю, — вздыхаю. — А ведь все стало налаживаться, я даже начала приспосабливаться к миру Андрея. Больше не боюсь ходить на эти гламурные вечеринки и звездные мероприятия, не опускаю глаза и не молчу при знакомстве с известными и просто богатыми людьми. Да, конечно, иногда, я чувствую себя не в своей тарелке под чьим-нибудь презрительным взглядом, но не ощущаю себя хуже их или недостойной, а это главное. Из Алии получилась прекрасная наставница, дело в практике, да, и Андрей всегда поддерживает меня. Самое забавное, если кто-то из них встречает меня в клубе в качестве официантки, они просто не узнают меня. Хотя, может перестать упрямиться и принять предложение Дмитрия Николаевича о работе администратором? Все же Алия права, если меня начнут узнавать, то это может сказаться на Андрее. Но мне нужны деньги на оплату учебы, от него брать не хочу, не хочу быть содержанкой, а официанты иногда получают такие хорошие чаевые, что я даже с салона ушла. — Перевожу дыхание, давно не вела столь обстоятельные беседы с Майком. — И я почти подружилась с Мией, по крайней мере, я больше ее не боюсь, не сравниваю себя с ней. Убедилась, что между ней и Андреем все действительно кончено. Навсегда. Конечно, он много работает, и мы видимся меньше, чем мне бы хотелось, но думаю, так будет не всю жизнь.