«Как всегда издалека! Что ты конкретно не понимаешь?» — перебивает меня Майк.
— Все… Андрей спокойно отнесся к моему желанию нарисовать портрет Егора, но был очень недоволен тем, что я согласилась работать у него дома, и даже пытался вернуть ему деньги за мольберт и все остальное. Что за ерунда? Мы же заключили с Егором сделку, — я снова вздыхаю. — Неужели, Андрей ревнует? Они же друзья. И я не нравлюсь Егору, он любит свою Надю. Он часто приходит в клуб, где я работаю, один, с друзьями или с Кристиной. Но это Андрею тоже не нравится. И теперь он постоянно забирает меня с работы сам. Разве есть резон, вставать на полтора часа раньше и тащится за мной, если я работаю во вторую смену?
«Мальчик переживают за твою безопасность».
— Мне кажется, что это всего лишь повод, раньше он что-то так не переживал.
«Но ты и в клубе работала меньше».
— Не считается… — прислоняюсь лбом к холодному стеклу. — Если бы Егор был свободен, а я не встречалась бы с Андреем, то предположила бы, что они соперничают из-за меня, но…
«Егор свободен», — возражает Майк.
— Нет. Он любит Надю.
«Иногда люди лгут, стараясь скрыть правду».
— Зачем? Что ему скрывать? Бред. И даже, если допустить… что абсолютно невозможно… не могу поверить, что он стал бы проявлять интерес к девушке друга.
«Похоже, вся проблема именно в их дружбе, — Майк тоже вздыхает и, как и я, прислоняется лбом к стеклу. — А если бы ты не была девушкой его лучшего друга? Кстати, когда ты познакомилась с Егором, вы с Андреем еще не встречалась».
— Это был вопрос нескольких дней, так что не считается, да и значения абсолютно никакого не имеет. Егор мне сначала не понравился.
«А сейчас? Что ты чувствуешь к нему сейчас?», — Майк поворачивает лицо ко мне.
— Я…он мне нравится. Я даже… нет… мы друзья. Мы просто хорошие друзья. И ничего. Ничего больше!
«Тогда, почему ты не сразу ответила?».
— Потому что это идиотский вопрос! Вот и все! — отстраняюсь от окна, бью ладонями по коленям.
«Почему ты снова злишься?»
— Потому, что ты заставляешь меня думать, о чем я не хочу! Не хочу думать о том, что априори невозможно! Не хочу! — Я зажмуриваю глаза.
— О чем именно ты не хочешь думать?
В ужасе смотрю на Егора стоящего в дверях комнаты, перевожу взгляд на Майка, но вижу лишь пустоту. Боже! Как давно он здесь? Что успел услышать? Что вообще теперь будет обо мне думать?! Черт! Черт!!! ЧЕРТ!!! Надо же было так опозориться!
— Я… да так… — мое лицо краснеет, уши горят синим пламенем. Отворачиваюсь к окну. Не могу на него смотреть. Это невыносимо! Может, наклониться и выпасть в окно? Но стена ударопрочная. Черт… Господи Боже, пусть он ничего-ничего не слышал, пусть не подумает, что я сумасшедшая.
— Так что ты там говорила? О чем не хочешь думать? — В отражении вижу, как Егор подходит ко мне, садиться туда, где еще минуту назад находился Майк.
— Я… да я.. просто репетировала роль…
— Что? Ты тоже решила стать актрисой? — Брови Егора насмешливо взлетают вверх. — Серьезно?
— Я? Да! А, что, думаешь, не получится?
— Никаких шансов. Абсолютно.
— Черт, а я так надеялась.
— Не прокатило. Ответь, пожалуйста.
— Мне нечего сказать.
— Совсем?
— Да. — Я снова прислоняюсь лбом к окну. Зачем издевается надо мной? Может просто сказать, что я сумасшедшая? Шизофрения? Галлюцинации? Кстати, может, так оно и есть? Почему никогда не думала об этом? Ведь, это возможно… Как в «Играх разума». Если Майк снова появится, я просто не буду разговаривать с ним. Вот и все.