— Одевайся и проваливай. Быстро! — Егор отпускает ее, и девчонка вприпрыжку бежит в спальню. — Проследи, чтобы она ничего не стащила, а я в душ, — и скрывается в ванной.
Невероятно! Я, что личный секретарь? Но все равно иду, наблюдаю, как рыдающая девочка, натягивает трясущимися руками одежду, обувается. Прежде, чем закрыть за ней дверь, я придерживаю ее за плечо и в спину говорю:
— Тебе повезло, милая, что он отключился. Он та еще скотина, когда выпьет. Но еще больше повезет, если будешь молчать об этом, и впредь не будешь бегать по пьяным мужикам.
Она кивает, вырывается и бежит вниз по лестнице. Тридцать этажей. Хорошая утренняя зарядка, поможет снять стресс. Неужели и я в двадцать два была такой же глупой идиоткой?
Иду на кухню варить кофе. Боже, даже настроение поднялось. Жестоко, конечно, учитывая, что сам привел, но остается надеяться, что девочка урок усвоит. Боже, на что она надеялась, ложась в постель с пьяным парнем в первый же день знакомства? Эх… побить бы ее мамочку. Или здесь сыграло свою роль то, что он известный актер? А чем пьяный известный актер отличается от неизвестного пьяного парня?
— М-ммм, кофе! — говорит Егор, садится рядом, и я чувствую запах лосьона после бритья и геля для душа. Вкусно… — Прости, что пришлось наблюдать подобную сцену.
— И часто такое бывает?
— Было пару раз, — Егор равнодушно пожимает плечами, с наслаждением вдыхает аромат кофе, делает несколько больших глотков.
— Знаешь, я в тупике, — насмешливо качаю головой. — Хочется сказать, что ты козел, притащил ее и… ну, сам понимаешь. А с другой стороны похвалить за то, как ты ее выставил. — Тут я задумчиво кусаю губы. — Только все равно козел, ведь, просто это твой способ избавляться от одноразовых девиц.
— Вы, девушки, странный народ. — Егор обиженно вздыхает. — Сначала сами вешаетесь на парня, ложитесь с ним в постель, а потом плачете, мол «он хотел от меня только секса». Так ведь, что дала, то и взял. А парень сразу «козел». А то, что сама дура, в голову не приходит? Ну, правильно, мозгов-то нет.
Я смеюсь в голос.
— Боже, это так забавно прозвучало.
— Рад, что повеселил тебя. И, знаешь, я есть хочу. Почему завтрак не приготовила?
— С чего вдруг? Сам готовь. Я пойду рисовать. — Ставлю кружку в раковину. — Ах, да! Ты помнишь, что мы сегодня с Алией идем на выставку?
— Смутно.
— К четырем. Так что можешь заодно и обед приготовить
— А Андрей?
— Не знаю. Он работает. — И мы не разговариваем.
— Ясно.
Ухожу в гостиную. Надеваю наушники, включаю плеер. Мир прекрасен. Возобновляю работу над портретом. Первый, уже нарисованный, стоит перевернутым у стены. Егор обещал не смотреть. Когда дорисую второй, предоставлю ему право выбора. А еще, стащу фотографии. Это ведь я их делала! Они мои.
Около часа мы обедаем, потом едем за Алией и на «Винный завод», где проходит выставка. У Андрея получается освободиться, только когда мы уже сидим в кафе, ужинать отказывается, забирает меня домой. По дороге молчит. Вот тебе и «завтра поговорим», уже третий день как разговариваю только я, а Андрей односложно отвечает. Прямо, как девчонка. Точно! Не рассказала же. Шлепаю босиком на кухню, где Андрей сидит на диване, что-то смотрит на iPad. Сажусь в кресло рядом и начинаю рассказывать про утреннее происшествие у Егора. Лицо Андрея светлеет, будто напряжение, сжимавшее все его внутренности и причинявшее неимоверную боль, уходит, растворяется в моих словах.
— Честное слово, давно я так не веселилась!
— Узнаю прежнего Егора, — Андрей с улыбкой качает головой. — Насмешила. — Он откладывает планшет в сторону, протягивает ко мне руку, я сажусь рядом.
— Все? Больше не злишься? — смотрю на него большими круглыми глазами.
— Нет, конечно. Прости, неваляшка, что заставил тебя переживать. Я злился не на тебя, а на себя. За то, что додумался ревновать. — Нежно гладит мои волосы. — Понимаю, это не имеет смысла, ты со мной, а Егор мой друг, но, словно, помутнение нашло. Прости. — Он прислоняется лбом к моему лбу.