— И что же? — Признаться, я растерялась.
Парень покраснел и, запнувшись, выпалил:
— Он втянет вас в какой-нибудь свой проект, а потом раздавит… Разве не так, Евгений?
Женька словно окаменел. Он мрачно, исподлобья разглядывал свою недавнюю пассию.
— Потом он выкинет вас из своей жизни, — продолжил Павел, — как выкинул Машу, рассказывая на каждом углу, какая она бездарь и халявщица… как сегодня выкинул меня… И… если ваша фамилия действительно Дарецкая, я слышал и про вас кое-что…
— Пошел вон, ублюдок, — прошипел Женька, превратившись в чужого, страшного человека. — Пшел, слышишь!
— Жень, ты чего?! — воскликнула я, но мой голос утонул в первых аккордах музыки, грянувшей сверху.
В зале погас свет, и на подиуме появилась первая модель в фантастическом наряде ведьмы, поглощая внимание уставшей ждать публики.
Я ушла через несколько минут после начала дефиле. На душе скребли кошки. Однозначно, мне не нравится такая реальность. Кроме того, я чувствовала себя предавшей своего Близнеца.
У дверей толкались опоздавшие гости, суетилась администрация, пытаясь навести порядок. Вдруг я заметила Андрея Викторовича Становского, нашего педагога и замечательного художника. Он узнал меня и, широко улыбнувшись, протянул руки:
— Дарецкая, Ева! Вы куда? Что случилось?
— Андрей Викторович, дорогой! — Я расплакалась.
Он обнял меня, и мы вышли на улицу.
— Так что случилось, Ева?
— Ничего, Андрей Викторович! Мне нужно домой… простите, — промямлила я, глотая проклятые слезы.
— Вас проводить?
— Нет… что вы! Там Женя… Маша… Вас ждут. Простите.
— Вот что, Ева, не знаю, что там у вас произошло, но… — Он полез в карман пиджака и вытащил пестрый картонный билет. — Вот… держите! Я приглашаю вас на свою персональную выставку… на открытие. Там дата и время. Для меня будет честь видеть вас. Кстати, поговорим о съемке моих работ. Придете?
— Да, — прошептала я, — обязательно приду.
— Фотореализм — это ведь и ваше направление? Так?
Я кивнула.
— Вот видите! Я слежу за творчеством своих учеников. Стараясь сгладить неловкость, я поблагодарила его.
— За что же меня благодарить? — Андрей Викторович взглянул на часы. — Вы у меня были умница да Женечка… Он достиг больших высот. Гений своего дела.
— Да-да… он гений… Вы это верно заметили…
ГЛАВА 8
Гоп-арт
После общения с ней у него родилось стойкое отвращение к своему куцему быту, хозяину-алкашу и, что самое отвратительное, к работе…
Пашок вошел в ординаторскую и включил чайник. Перед глазами мелькала Наташка с гремучим алюминиевым ведром и щеткой. Он был сильно не в духе. Поэтому, когда Наташка подошла к нему и заглянула в глаза, он скорчил страшную рожу и резко выбросил руку с растопыренными пальцами к ее лицу. Девушка мгновенно испарилась. Уж она-то знала — в плохом настроении его лучше не трогать.
Протиснувшись к зеркалу, он стал внимательно разглядывать свое отражение. Редкая рыжеватая щетинка, нос вроде бы прямой, лицо, пожалуй, узковатое, и оттого глаза кажутся близко посаженными. Пашок приподнял плечи и нехорошо улыбнулся. Портили глаза… сильно портили. Да и волосы тоже не ахти — редковаты и вечно сальные. Может, побриться налысо? Согнув руку в локте, он тщетно поискал бицепс. А все мать! Нет чтобы отдать в секцию — кутала в сто одежек и две шапки. Жалко мать, конечно. Жизни у нее не было. Да и у них с Иринкой тоже ничего путевого не сложилось. Может, поэтому она Еву так возненавидела. А если с другой стороны посмотреть, разве Ева виновата в том, что родилась в Москве, в обеспеченной семье?.. Она-то тут при чем? Разве человек выбирает родителей?
Пашок поплелся к столу «злобного ординатора» Ваньки и, вытащив из груды хлама темные очки без дужки, вернулся к зеркалу. Поднял воротник халата и, приложив очки к глазам, неподвижно уставился в зеркало. А так вроде даже ничего. Ничем не хуже того, с аватарки. Прыщи убрать, и можно ей показаться. Он покривлялся, подражая мимике плейбоя. Ну и чем он не Брэд Питт? А может, и на Ди Каприо в «Авиаторе» смахивает. Тот, конечно, слишком уж не в себе, хоть и бесспорно симпатяга. Его размышления прервал влетевший в ординаторскую разъяренный Ванька:
— Ну ты чего плавный такой? Сейчас наверху закончится конференция, и повалят сюда. Я ж тебя вчера предупреждал. У тебя вообще как с головой, все нормально? На шум прибежала Наташка и, растопырив уши, стала тереть полы.