На ступеньке, подперев рукой голову, грустил его сосед, пятиклассник Матвей.
— Здорово, дядь Андрей! — испуганно прошептал малец.
— Здорово, — на ходу кивнул Андрей и направился к машине.
Мальчишка схватил рюкзак, спрятанный в кустах, и вприпрыжку побежал за ним.
— Это… — паренек прикусил губу, — дядь Андрей, подвезете до школы? Опаздываю, блин! Опять училка орать будет.
Андрей распахнул перед ним заднюю дверь:
— Ну, садись, двоечник.
— А можно, я впереди поеду? Пожалуйста!
— Тогда пристегивайся.
Мальчишка, устроившись впереди, вытащил из рюкзака планшет и, пробурчав: «Чё это я двоечник?», начал быстро водить пальцем по экрану.
— А ты вообще зачем в школу ходишь? — усмехнулся Андрей.
— Как это зачем? Учиться! — Мальчишка вскинул на него удивленные глазищи.
— А что ж ты тогда пишешь с ошибками?
— Что, мамка нажаловалась?
— Ты на дверях моего соседа написал «жЫводер» вместо «жИводер».
— Это не я!
Андрей пристально взглянул на парня, и тот виновато заерзал.
— Я проверочное слово не нашел.
— Правила нужно учить!
— Этот гад моего кота палкой побил. Хромает теперь…
— Уважительная причина, ничего не скажешь.
Андрей не смог сдержать улыбки. Высохший крючконосый пенек держал в тонусе весь подъезд. Вечно недовольный, он искренне верил, что ему, «честно заработавшему пенсию», должны все и вся.
— Вы ему не расскажете? — робко спросил малец.
— Нет. — Андрей кивнул на планшет: — Освоил уже?
— Да, а чего там сложного-то? — Мальчик раздраженно щелкнул по экрану. — Вообще-то я его ненавижу.
— Что так? Многие твои ровесники мечтают о такой дорогой игрушке.
— Значит, я не из таких. Я бы лучше в футбол погонял. Мамка вон тоже сидит перед компом весь вечер. Говорю, давай ужинать, а она все «щас да щас» — не оторвешь. Еще и ругается. Дядь Андрей, а вы-то сами хорошо учились? — неожиданно спросил Матвей.
Андрей задумался. Особым прилежанием он никогда не отличался. На учебу времени не хватало, летом — речка, шалаш, костры, зимой — каток да горка. Классе в шестом увлекся химией, решил изобрести препарат по выведению двоек из дневника. Неделю просидел над учебниками, даже в библиотеку пару раз сходил, но, увы, его научный подвиг не привел к ожидаемому результату. Единственное, на что хватило «полета мысли», — натереть дневник парафином, чтобы шариковая ручка не смогла оставить следов. Эксперимент окончился вызовом «на ковер» и запретом выходить из класса на переменках в течение недели.
— Нет, Матвей, не хочу тебя разочаровывать, но учился я, мягко говоря, неважно… Но теперь, будучи взрослым, наверстываю упущенное. Учусь, понимаешь, каждый день, и мне это нравится.
— Что, даже сейчас? — Мальчишка открыл рот от удивления.
— Конечно, — Андрей улыбнулся, — ты же знаешь, у меня нет детей, поэтому нет опыта общения с твоими ровесниками. Разговаривая с тобой, я учусь. — Андрей притормозил у ворот. — Приехали, вылезай давай.
Матвей ловко отстегнул ремень, выскочил и рванул к школьным воротам, но, спохватившись, вернулся:
— А как вы догадались, что это я написал?
— Иди уже, опоздаешь, — рассмеялся Андрей.
— Это… Спасибо вам!
— Не за что, дружище!
@
Андрей вошел в кабинет и, не включая свет, открыл форточку. До начала рабочего дня оставалось двадцать три минуты. Может, завести цветок? Пальму, например? Или картину повесить? Может, что Ева посоветует? А что, если распечатать какую-нибудь ее картинку — и в рамочку, а внизу один из ее стишков?
Он сел за стол и подвигал мышкой. На мониторе появилась заставка — Обезьяна, высунув язык, ждала кусочка банана. Андрей усмехнулся и показал ей дулю. На столешнице под стеклом лежали фотографии — отец с матерью и несколько армейских. Он и Марк…
@
…Андрей очнулся от луча фонарика, направленного прямо в лицо. Глаз затек, и это мешало нормально видеть. Последнее, что он помнил, — хлопок и свет. Много света.