– Тогда молодец, закрой склады, – вручает он мне ключи, пока Семеныч закрывает входную дверь.
Я не спешу уходить, оборачиваюсь, чтобы посмотреть в окно, но незнакомого парнишки след простыл. Может, мне надо было его предупредить, как бы глупо не звучали мои слова?
Выполняю все поручения и переодеваюсь на автомате, мысли мои все ещё о том парне, и они гнетут меня словно муки совести. Надеваю наушники, мотаю плейлист на новый альбом группы «Нервы» и по привычке направляюсь к метро, но резко останавливаюсь. В ушах горланит песня «Так, как надо», но со мной не все так, как надо. Страх сковывает, коленки дрожат. Я разворачиваюсь в другую сторону и иду к трамвайной остановке. Лучше буду добираться дольше и идти затем пешком от Зеленого луга, но зато нервы успокою. Трамвай не спешит, я отсчитываю время в треках, прикидываю, когда во сне произошёл взрыв, но на самом деле не могу этого знать точно. Сажусь в полупустой трамвай возле окна. Музыка бьет по ушам, прижимаюсь лицом к холодному стеклу и закрываю глаза. Этот странный день подходит к концу и никакого взрыва я не услышала. Возможно, он произошёл слишком далеко от тракторного, но разве звуки сирен не должны быть слышны даже здесь?
«Припінок заўлок Козлова» – объявляет диктор трамвая, и я открываю глаза.
Не моя остановка, конечно, но взгляд цепляется за уходящую вдаль мужскую фигуру с пакетом. Я размышляла только одно мгновение, прежде чем сорвалась и выпрыгнула на улицу, побежала к тому повороту, за которым скрылся такой знакомый незнакомец. Добежав туда, резко остановилась и сделала вид, что всего лишь иду по своим делам. Сердце бешено бьется в груди, незнакомец в метрах десяти впереди спокойно идет по тротуару по своим делам. Живой и абсолютно целый! Я не понимаю, что делаю, зачем иду за ним следом? Как же сильно я похожа сейчас на маньячку, преследующую свою жертву. Он останавливается возле перехода, достает сигареты и прикуривает. Слегка замедляю темп и с трудом понимаю, что мне нельзя вот так вот взять и встать, как вкопанной. В ушах бойко заиграла песня «Зажигалки», перекрикивая мои мысли и остальные звуки. Не могу глупо остановиться посреди дороги, так что иду дальше, судорожно дыша.
«Падают в небо зажигалки из рук.
Я уже не понимаю, кто мой друг.
Я люблю от души, но всю свою жизнь,
Я не понимаю, кто мой друг…» – кричит в ушах солист, заглушая все на свете.
Делаю ещё несколько шагов и останавливаюсь, боясь обернуться. Достаю плеер из кармана, касаюсь регулятора громкости и понимаю, что я делаю какую-то глупость. Сошла не на своей остановке, преследую парня, который приснился мне во сне – это не похоже на меня. Я так никогда не делаю! Надо заканчивать со своим хобби, пока не закончила свои дни в психушке. Закрываю глаза и со вздохом поворачиваюсь обратно. Он стоит там же, перед переходом с зажженной сигаретой в губах и смотрит на меня большими глазами. Действительно, тут есть чему удивиться и испугаться, я же гребаный сталкер! Парня преследую! Дожила, называется! Нет, мне точно нужен парень и регулярный секс, а то уже сны снятся, от которых схожу с ума.
Засовываю руки в карманы куртки, направляюсь к нему, но в последний момент отворачиваюсь и иду на пешеходный переход. Сегодня я напьюсь в мясо, там дальше по дороге должен быть круглосуточный алкогольный магазин.
– Я свихнулась, – бормочу недовольно, но, дойдя до середины улицы, остановилась и резко развернулась назад.
Он пошёл за мной и стоит в полуметре, протягивая ко мне забинтованную руку. Сигарета выпала из его губ, как только я обернулась, и мы застыли, смотря друг на друга.
«Я не понимаю, кто мой друг!
Я не понимаю, кто мой друг!
Я не понимаю, я не понимаю…» – набирает темп музыка в моих ушах, почти заглушая рычание мотора машины.
Толчок и мы с парнем летим в сторону и падаем, как тряпичные куклы. Я, не чувствуя боли, развалилась на холодном асфальте. Изо рта течет что-то теплое, и я судорожно кашляю, захлебываясь этим. Дрожу и не сразу понимаю, что опять вижу синие глаза, он лежит на боку, освещаемый светом фар, с неестественно откинутой назад головой, а под ней красная лужа. Синие глаза пусты, в них ничего нет. Я не могу пошевелиться, не чувствую ни боли, ни страха, словно это все не происходит на самом деле. Наушники упали рядом со мной, вместе с плеером, они горланят мою любимую музыку, перекрикивая слабое биение сердца, раздающееся в моих ушах. Бахнула дверца машины, кто-то подошёл, но у меня нет сил даже просить о помощи.