– Ты хочешь вернуться в тот день? – спросила у нее, наконец, почти дописав ее историю.
Она отрицательно покачала головой.
– Хочу, чтобы все это закончилось навсегда, – удивительно твердые слова для ребенка.
Я заставила себя улыбнуться и, хотя душа разрывалась на части, произнесла:
– Хорошо.
Ребенок попросил меня убить ее навсегда, что уж тут нормального?!
– Какао и чай без сахара, – объявил симпатичный официант, слегка удивившись, что мы расселись на два стола. Он поставил перед девочкой большую кружку ароматного какао и попытался отнести Зубной фее чашку с чаем, но тот сам встал.
– Оставьте там, – Толя улыбнулся во весь рот и, виляя бедрами, пошёл к столу. Катя подхватила какао и направилась к Саше. Похоже, к нему она испытывает больше всего приязни по сравнению с остальными. Не знаю, как парень на это отреагировал, но за мой стол она не вернулась.
– Ну что, теперь моя очередь, – отметил парень, игриво подмигнув мне. Тяжело вздохнула, перевернув страницу, историю о Кате я ещё не решила, как закончу, так что оставила ее пока.
– Да, давай начнем с того, как ты попал в петлю, – перешла на деловой тон, настроившись на нужный лад. Мысли всё ещё крутились вокруг девочки, невольно возвращаясь к её истории. Катю было по-настоящему жаль, ведь ее вины во всем происходящем нет. Даже страшно представить, что она пережила, раз теперь хочет, чтобы все это закончилось.
– Он меня убил, – кивнул в сторону Убивашки Толя, и я как-то забыла, о чем думала.
– Что? – растерянно оглянулась.
– Не хотел, да и я сам напросился, малость борзый был тогда, – ответил он так, словно сейчас не такой.
– Поподробнее, – вздохнула, крутя в руке ручку. Кровь из носа идти перестала, но общие ощущения были не очень.
– Я деньги зарабатывал, людей обманывая, зашибал столько, что можно было собственный самолет купить, – начал хвастаться парень под моим скептическим взглядом. – Вот и на этих двоих посмотрел, как на лохов, которых можно развести. В итоге развели меня, а ещё и по стенке размазали с помощью биты. Было очень больно, ну ты знаешь.
– Более детально можешь рассказать? – попросила я, мысленно застонав от его манеры повествования.
Понадобилось полчаса, чтобы описать, как он, притворившись девушкой, попытался развести двух парней на помощь «слабой красотке» в починке машины поздно ночью на окраине города. Не знаю, что было в планах Толи дальше, после этой «помощи», но Переключатель и Убивашка обломали все его планы и разбили ему голову.
– Может, у тебя есть какие-то предпочтения? – закончив записывать, уточнила у него. – Куда ты бы хотел вернуться?
Он думал недолго и, чуть наклонившись к столу, попросил:
– Отправь меня в тот мир, где моя бабушка и родители живы.
Судя по его грустному взгляду, в мире, откуда его вытащили, это было далеко не так. Странный он парень, словно на эмоциональных качелях рядом с ним находишься. Толик поднялся и облегчённо широко улыбнулся, будто сбросив со своих плеч тяжелый груз.
– Теперь я точно заслужила шоколадный торт! – выдал он почти кокетливо и двинулся к витрине. Я невольно засмотрелась на него и поэтому вздрогнула, когда передо мной плюхнулся на сиденье Убивашка.
Его пронзительный взгляд вызвал мурашки страха, но я быстро взяла себя в руки.
– Имя?
Он выразительно посмотрел на Сашу, который буквально дышал мне в затылок, перегнувшись через диванчик. Вероятно, Убивашку он опасается куда больше Зубной феи.
– Ты знаешь, – ухмыльнулся спортсмен, расслабленно откинувшись на спинку дивана и уперев руки в карманы. – Мы достаточно близко познакомились с тобой позавчера.
Фраза, предназначенная явно не мне и брошенная больше для устрашения. Почти спокойно отреагировала на неё, как и на наглую ложь о близком знакомстве, я-то знаю, что на самом деле он просто убил меня тогда, снова. На моё удивление Саша не проявил на его слова никаких эмоций, зато извилины в моей голове зашевелились. Как там звали бывшего Ксюши позавчера? Саша? То есть они тезки? Оглянулась на Сашу, он воспринял это как проявление слабости, словно я ищу у него поддержки. Мягко накрыл моё плечо рукой и посмотрел на Убивашку так, что я запуталась, чей взгляд пугает меня больше. Они похожи на двух сумасшедших, а я сижу между ними.