Я метнулась в кухню, посмотреть на настенные часы, и с разочарованием увидела на них половину одиннадцатого. Смех соседа показался насмешкой над всей моей жизнью.
– Хуже, я работу проспала! – рычу сквозь зубы.
Посмотрела на дистрофика взглядом серийного убийцы, сейчас я его душить буду, даже если для того, чтобы достать до его шеи, мне придётся вставать на стульчик. Саша то ли уже смирился со своей судьбой, то ли приготовился к перезапуску петли. Подождите, а как она вообще перезапустится? Только для него одного? Просто обычно я умираю следом за ним, с небольшой разницей во времени. Причем не всегда могу сказать, что в этой смерти был кто-то виноват. Как-то с третьей смертью вообще не ясно. Откуда Саша знал, что там мчится машина? Я же первая вышла из трамвая, никто не мог нас поджидать, да и не мог знать. И кто был за рулем в таком случае? Спортсмен или бабулька??
Все эти вопросы заставили меня остановиться и ужаснуться своей глупости. Я не понимаю условий «игры», в которую «играю». Единственный из всех участников этой странной «игры», кто ещё не пытался меня убить, – дистрофик. Узнать, что здесь происходит и не умереть, я могу лишь у него, но не похоже, что это будет легко. Мне захотелось допросить его прямо сейчас, но в дверь опять позвонили, а затем принялись бить кулаками.
– Мария, я ещё долго буду ждать? – послышался из-за двери голос разъярённого Арарата.
Если к тебе домой пришёл начальник – это плохо. Посмотрела на дистрофика со смесью огорчения и желания убить, проходя мимо к двери. Я становлюсь похожей на маньячку-бабулю и спортсмена – не к добру это. Резкий вдох, прокашлялась, помотала головой, усугубляя беспорядок на голове. Дверь открыла, когда ее уже начали лупить ногами.
Арарат одет в красную куртку, темные брюки и черные туфли. Смотря на его идеально отглаженные брюки и опрятный вид, чувствую себя полнейшей неряхой, особенно в своём затрапезном халате.
– Арарат? Что вы здесь делаете? – придерживаюсь официального тона, а затем, зевнув, оглядываюсь на свидетелей моего будущего позора.
– Это что вы здесь делаете, Мария? – в тон мне, подчеркнуто вежливо, но с плохо скрываемым бешенством спросил он.
Начальник встал чуть боком, словно пытаясь заглянуть в щель за моей спиной. Какой-то он дерганный, моргает часто, не может найти место своим рукам – то в карманы куртки их засунет, то в бока упрет, а то и вовсе в кулак сожмет.
– Живу, – играю в дурочку, прекрасно зная, что уход от ответа его бесит куда больше.
– Живешь, значит? – дёргано улыбнулся он, наконец, найдя применение своим конечностям.
Он уперся рукой в дверь, которую изнутри держу я, чтобы в подходящий момент закрыть перед его носом. Теперь так не получится, будь оно не ладно! А все Антоха и Саша палки в колеса мне вставляют, точно сговорились. Сразу видно – одного поля ягоды, такие же бесталанные и бессмысленные.
– Я не об этом тебя спрашивал, Мария! Что ты здесь делаешь вместо работы? – поинтересовался он с таким нажимом, с каким следователь пытается заставить подозреваемого признаться в преступлении.
– А что, вам не передали? – делаю большие удивленные глаза. – Я звонила в магазин, чтобы предупредить, что заболела. Вот скоро на прием к врачу пойду.
Я кашлянула, теперь уже радуясь своему растрёпанному виду, но старательно изображая дохлую лань. Арарат посмотрел на меня с прищуром, так на неверную жену обычно смотрят, а не на брехливую подопечную.
– Звонила, значит? – низким голосом переспросил он. – А почему не позвонила мне?
Да что же он пристал-то?! Как от него избавиться теперь?
– А у меня номера нет! – говорю первое, что пришло в голову. – Вы там уточните на работе, почему вам не передали, а у меня это… больничный!
Дернула дверь, но перед его носом закрыть не смогла, так уперся рукой в нее, что не сдвину. Чёрт!
– В смысле нет номера? – отчего-то ещё больше взбесился он, так что я почувствовала запах жареного.
У меня ведь реально нет его номера, как и желания общаться с этим тираном где-либо кроме работы.
– Я же тебе его лично давал! – выдал он слегка двусмысленную фразу, ибо я не могу представить ситуацию, в которой он будет давать мне свой номер телефона.
– Да потерялся он, глюк какой-то, у меня же телефон старый, такое бывает, – пролопотала я уже не так уверенно.