– Добрый день, дорогие посетители, – прощебетала менеджер в униформе и с папкой в руках.
На ее слова я просто кивнула и попятилась назад, но тыл мне прикрывал дистрофик. Хотя скорее он следил, чтобы я позорно не сбежала, поджав хвост. Сзади дистрофик, спереди менеджер, а немногочисленные посетители с любопытством поглядывают со всех сторон на нас как на чудо чудное.
– Здравствуйте, – поздоровался Саша каким-то отстраненным тоном.
– Прошу прощения, но в нашем заведении введен дресс-код и вы…
– Вполне ему соответствуем, – уверенно улыбнулся только уголками губ Саша.
Его руки чуть сжали мои плечи в ответ на попытку вырваться. Менеджер от неожиданности проглотила последнюю фразу и натянуто улыбнулась, сжимая свою папочку.
– Конечно, – кивнула она, почему-то смотря на мои кроссовки. – Тем не менее, в нашем заведении принимают исключительно по предварительной записи, так что…
– Бронь на Брауде, – резко перебил ее самодовольные речи дистрофик.
Женщина растерянно захлопала глазами, а затем с неохотой проверила что-то в своей папке. Ее лицо на мгновение отразило беспокойство, а затем она, натянув улыбку, слегка поклонилась, показывая в левую сторону рукой.
– Пройдемте, я покажу ваш столик, – прощебетала она так, что мне стало приторно от лести.
Она пошла вперед, меня же заставили двигаться руки дистрофика на моих плечах. Как бы не дергала плечами, руки он не убрал, пока не усадил меня на стул за небольшим столиком в углу. Менеджер, натянуто улыбаясь, протянула нам по меню в дорогом кожаном переплете, а затем быстро убежала за свою стойку, где подозвала к себе длинноногую симпатичную официантку. Официантка выразительно на нас уставилась, выслушивая, судя по всему, нагоняй от своей начальницы, а затем с такой же натянутой улыбкой направилась к нашему столику. Я отчего-то внутренне напряглась, хотя в детстве мне приходилось бывать с родителями в местах подобного уровня. Прежде, чем она задала хоть один вопрос, с ней заговорил Саша.
– Нам, пожалуйста, бутылочку Бордо восемьдесят четвертого, а также…
Затем он начал диктовать что-то из меню на французском языке, так что я, даже не успевшая открыть список блюд, зависла.
– И без лишней надобности нас не беспокойте, все-таки у нас первое свидание, – произнес дистрофик явно издевательским тоном, но официантка иронию в его голосе не заметила.
Еле заметно кивнув, она спрятала свой маленький блокнот в карман, а затем достала нам аккуратный светильник с настоящей свечой и даже задвинула штору за спиной дистрофика, так сказать, создавая особую атмосферу. Причины выслуживаться я так и не поняла, но когда она мне еще и розу вручила со словами «от заведения», посмотрела на дистрофика как на колдуна – со смесью недоверия и почти детского восторга.
– Приятно вам провести время, – улыбнувшись, работница ресторана поклонилась и быстро ретировалась, судя по всему на кухню.
– Это что ещё было? – тихо спросила, чуть наклонившись через столик, чтобы не привлекать к нам внимание.
– Хорошее обслуживание, – улыбнулся он как мальчишка и накрыл свои колени салфеткой.
– Я знаю, что такое хорошее обслуживание, и там нет такого пункта, как лесть и подарки, – мрачно смотрю на розу в маленькой вазочке.
– Мне считать это ревностью? – подмигнул мне дистрофик чем-то очень довольный.
– Чего? – переспросила, не поняв, о чем он вообще. – Не мог бы ты перестать шутить подобным образом?
Дистрофик на мой вопрос снова улыбнулся, а затем взглянул на официантку, которая уже подбежала с подносом к нам. Выставила парочку бокалов и аккуратно налила в бокалы вино. Дистрофик кивнул ей, чтобы уходила, а затем чуть вальяжно откинулся на спинку кресла.
– Нет, – сказал он и, слегка прикрыв глаза, отпил из бокала глоток.
– Что «нет»? – переспросила, нервно крутя в руках свой бокал.
– Нет, это не шутка, – отвечает он, резко сев и наклонившись ко мне через стол.
На его высказывания я лишь презрительно скривилась, а затем отпила немного из бокала.
– Может, давай к делу? – постаралась быть серьёзной, когда от вкуса вина появился аппетит. – Мне вот хочется задать тебе несколько вопросов.