– Если я ошибаюсь, и все, что мешает нам – это двое недоделанных маньяков, то так уж быть, докажи мне обратное и выживи.
После этих слов он как-то пугающе улыбнулся, поднялся со стула и отошел от стола, не сводя с меня взгляда. Его слова меня, мягко говоря, испугали, в них был вызов, а это однозначно не то, что нужно в подобной ситуации. Инстинктивно поднялась за ним, но он жестом приказал мне оставаться на месте. В следующее мгновение он сделал ещё один шаг назад, лучи солнца из окна осветили его лицо, особенно дерзкую улыбку. Это мгновение длилось целую вечность, время вдруг остановилось, а затем взорвалось, показав все происходящее в ускоренной перемотке.
Звон стекла, заставляющий всех замереть, и затем обернуться на шум. Резко алеющий шарф дистрофика и его тело, слегка качнувшееся в сторону от окна. Ещё один звон, окно рассыпалось, а Саша упал на пол, словно тряпичная кукла. Кто-то пронзительно закричал, но это была не я. Меня приклеило к месту, как статую, а чувство, что все это происходит на самом деле, никак не приходило. Кто-то ещё закричал, посетители бросились к выходу, где стрелявшему ничего не стоило по ним попасть. Послышались до боли знакомые хлопки. Кто-то кричал что-то о вызове полиции, надрывно плакала девочка, которой перепуганные родители приказали спрятаться под столом. За стойкой администратора спряталась менеджер и что-то надрывно кричала в трубку, явно находясь в панике. Мой же взгляд и все чувства прикованы к тощей фигуре на полу. Он не умер, хрипел, давясь собственной кровью, как и я вчера. Никто к нему не подошёл и даже не попытался спасти, все спасали собственную шкуру. Возможно, из-за этого я свалилась на колени рядом, растерянно смотря на вырез его окровавленного свитера, там алели две дырки от пуль. Руки дрожали крупной дрожью, когда вспомнив все, что видела в фильмах, силой надавила на рану пытаясь прекратить кровотечение. Саша что-то прохрипел, его ледяные на ощупь пальцы коснулись моей руки.
– Тихо, скорая уже в пути, – сказала ему как можно бодрее, хотя голос выдал меня с головой. – Ты только держись.
– Маш, – прохрипел он бледными губами, дрожа всем телом. – Я просчитался.
От его тона стало горько, я даже скривилась, борясь с желанием спросить, в чем дело. Странный персонаж, заставляет меня гадать, что же он имел в виду даже сейчас. Саша коснулся раны, точнее моей руки на ней, а затем закашлял.
– Все будет в порядке, сейчас приедут врачи, и они тебя залатают, – слабо попыталась его успокоить, пока внутри меня бушует паника.
Ступор, который вызвало случившееся, прошёл и до меня начало доходить, что дистрофик умирает буквально у меня на руках. Ведь я могла точно так же умереть, когда попыталась уйти. Но он остановил меня перед самой границей зашторенного окна прежде, чем меня увидели те, кто устроил эту бойню. Саша словно предвидел, как и в позапрошлый раз с машиной.
– Там Зубная фея, не Убивашка! – раздражённо сказал он, будто это что-то важное, кашлянув себе в руку. – Убивашка ни за что не промазал бы!
– Что? Что с того? – рассеянно переспросила, пытаясь найти взглядом хоть кого-то, кто может помочь.
Ресторан «Париж» опустел, только где-то под столом плакала маленькая девочка, и вдали выли сирены. Скоро нас спасут, по-другому просто не может быть.
– А то, что фею я заберу с собой, но Убивашку не смогу! – раздосадовано объяснил он, будто бы его смерть для него уже решена.
– В смысле? – растерянно повторила за ним. – Как заберешь?
Кажется, у него начался бред, Саша закашлял, сжал мою ладонь так сильно, будто это помогает ему справляться с болью. Кровь продолжала течь из него, окрашивая шарф, свитер и мои руки в кроваво-красный. Мне всегда казалось, что кровь другого оттенка красного, но ее вид внушал мне ужас. Именно поэтому я как испуганный ребенок держу руку умирающего, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Его лицо бледное, он делает усилие и поднимает руку. Холодные пальцы касаются моей щеки, то ли стирая слёзы, то ли пачкая ее кровью.
– Эй, черный ход там, – он посмотрел в сторону подсобных помещений. – Если хочешь доказать, что я не прав, тебе пора бежать.
Я посмотрела на него как на полнейшего идиота. Если он знал, что умрем, стоит нам выйти на свет, делать так, лишь бы доказать свою правоту – полнейшая глупость. Или же он настолько уверен в этом, что просто захотел перейти в следующую реальность побыстрее? Я запуталась. Единственное, в чём уверена: оставлю его одного, точно умрет.