Его, так называемое «кодовое имя» постаралась произнести с максимальным пренебрежением, намекая, насколько оно дурацкое, даже для клички.
– Пожалуй, я передумал. Все же стоит тебе его дать, раз уж нам придётся с тобой ещё не раз встретиться, – слащавым тоном проговорил он, перекладывая биту из одной руки в другую. – К тому же я обещал тебе, что сегодня ты будешь умирать долго и мучительно, Беспечная?
– Кто? – вырвалось у меня скорее от неприятного воспоминания, в котором мне тоже обещали долгую и мучительную смерть.
Как же сильно я надеюсь, что уже достаточно долго тяну время, и милиционеры наконец-то вошли в ресторан. Не будут же они на соседнее здание смотреть полчаса, особенно если тут такое творилось и творится?
– Беспечная – у тебя это на лице написано, – забавляется он. – Тебя же предупреждали, а ты все не слушаешь.
За моей спиной негромко скрипнула дверь, спортсмен дернулся вперед с битой наперевес. Меня спасло чудо, кто-то толкнул меня в сторону, а затем обнял.
– Тетя, я не умею считать до ста, – залилась громким плачем девочка. – Где моя мама?
Она появилась очень не вовремя, я бы даже сказала, что невозможно представить более неподходящий момент для появления девочки на кухне.
– Уходи отсюда! – дернула ее руки, отдирая от себя, но девочка вцепилась в меня клещом.
– Тётя! – заныл ребёнок, не понимая, в какой опасности находится. – Где моя мама?
Тем временем спортсмен недвусмысленно принялся двигаться в нашу сторону, и сомнения, что он нас не тронет, окончательно испарились. Со столов посыпалась посуда, пока этот показушник шёл на меня, продолжая сметать все на своем пути. Скорее всего, для него я тоже что-то сродни мусора, как и не в чем неповинный ребёнок.
– Беги отсюда! – в панике закричала, выталкивая хотя бы девочку из кухни. – Скорее!
Ребёнок не слушался, крепко держась за меня, как за спасательный круг, и глядя на мир с заплаканными, полными ужаса глазами. Возможно, она поняла, что спортсмен опасен и поэтому схватилась за меня, а может и действительно хотела к обещанной маме. Пришлось отвернуться, чтобы отцепить ее от себя, там меня и настиг удар битой по голове. Такое ощущение, что во всем мире выключили лампочки, и он, прежде чем угаснуть, покружил меня, словно пьяного мотылька. В ушах гулом раздался детский вскрик, и я даже «обрадовалась», что не увижу, что это чудовище сделает с девочкой. Я проиграла дистрофику, и скоро мне придётся посмотреть в его бесстыжие глаза, признавая, что этот эгоист прав. Так я думала, но, как оказалось, несколько преждевременно. Резкий запах заставил открыть глаза, а боль в затылке дала понять, что я все ещё в этой реальности. Все перед глазами расплывалось, а кто-то немилосердный хлёстко лупил меня по щекам, впрочем, это не особо помогало прийти в себя и начать соображать. В голове удивительная пустота, ни одной мысли, словно я исчезла, пропала.
– Что вы делаете?! – возмущенно крикнул кто-то в белом халате на мужика, что так грубо бил меня по щекам. – У нее сотрясение, возможно кровоизлияние в мозг! Она просто не в состоянии отвечать на ваши вопросы!
Голова заболела с удвоенной силой, буквально разрываясь от этих громких звуков. У меня вырвался стон, и словно в бреду попыталась прикоснуться к голове, но не смогла. Не дали ремни, которыми меня привязали к носилкам. Покачивает меня из стороны в сторону, слышен шум трассы и сирены. Карета скорой помощи, врачи, какие-то странные люди в обычной одежде. Пострадавшие? Но на них нет ни одной царапины, да и зачем им приводить меня в сознание так? Врач, мужчина за тридцать, рядом, по обе стороны от выхода из ресторана ещё двое в обычной с виду одежде, но их наглость и самоуверенность чувствуется даже на расстоянии. Таких встретишь ночью, и тебе не жить. Один из них хлестал меня почем зря, пока его доктор не остановил.
– Вы что не понимаете, насколько важны ее показания?! – возмущенно завопил он. – Дело государственной важности! Вы хоть понимаете, чем может обернуться теракт такого масштаба?!
– Я знаю, или вы хотите услышать ответ от трупа? – возмутился врач, а молоденькая медсестра закивала в такт ему на эту фразу.
Мужик нахмурился, глянул на меня, прикидывающуюся спящей, и я не выдержала. Какие бы страхи меня не преследовали, кое-что меня все же интересовало.
– Где девочка, с ней все в порядке? – спросила осипшим голосом.