Какого чёрта?! Когда это произошло? Сегодня, или в прошлый раз – непонятно. На месте уже довольно знакомой мне страницы пусто, а это предлог задуматься. Кто ее вырвал? Сестренка новоиспеченная? Если да, то зачем, причем она здесь? Может быть Убивашка? Этот мог бы, но разве блокнот не волшебный? Почему-то мне казалось, что если вырвать страницу в одной реальности, то в другой она появится снова. К тому же зачем ему это делать? Чтобы узнать побольше о дистрофике? Так там ничего особенного не было, только его описание и самое позорное – моя фраза о том, что у него красивый смех. Поистине, самая глупая фраза, которую я не писала, но хотела написать, и этого хватило, чтобы она появилась в блокноте, как по волшебству. Волшебство… Что дальше? Во что ещё я поверю: фей, супергероев, оборотней? Похоже, я слишком много писала в стиле фэнтези, у меня такая перспектива сразу пробудила азарт.
Посмотрела в зеркало, волшебство бы мне не помещало. Как-то сильно непривычно видеть в зеркале это мрачное лицо, меня словно всю жизнь недокармливали, даже саму себя стало жалко. Особенно удивил легкий бронзовый загар, который с почти седыми волосами смотрится так себе. Если долго смотреть в зеркало можно прийти к выводу что моя прическа называется «белое афро». В жизни не видела пушистого барашка, ещё бы столько же и не увидела, на моей голове. За что мне такое сомнительное счастье привалило, расчёсываться теперь можно до бесконечности, все равно волосы торчат в разные стороны как у одуванчика.
Намочила их немного и лишь после этого смогла уложить в хвост. Будь это действительно моё первое свидание с родителями жениха, я бы из кожи вон лезла, чтобы показать какая я хорошая, а так это всего лишь отмазка, можно и не стараться. Волосы пригладила, блокнот спрятала под мышкой и вышла в коридор. Компания сомнительных родственников все ещё на кухне, окинула их прохладным взглядом.
– Пошли, – позвала парня.
Дистрофик поднялся из-за стола, да и не только он, провожать нас вышла вся делегация. Под их неодобрительными взглядами захотелось чесаться и отвести взгляд.
– Ты в своем уме? – грубо высказалась мачеха, чуть не ударив меня кухонным полотенцем.
– В своем, а вот за вас не уверена, – язвлю в ответ.
– Дочка, ты же к людям идешь, – выразительно начал играть бровями и интонацией отец.
– Я знаю, – мрачно с ним соглашаюсь.
– Тебе идет, – в свою очередь отозвался дистрофик, но его комплимент я приняла с подвохом, уж больно взгляд хитрый.
– Маша, ты хоть знаешь, кто его родители?! – возмутилась в свою очередь мачеха, краснея от бешенства.
– Кто? – даже заинтересовалась их ответом.
– Директор сети магазинов и кандидат наук! – выдала с трепетом женщина, заставляя меня чувствовать за нее стыд. – К таким людям никто на обед в спортивном костюме не пойдет!
«Что, правда?» – спросила у дистрофика только губами, так чтобы другие не заметили. В ответ тот ухмыльнулся и кивнул, заставляя снова на него злиться. Вот же выскочка!
– Иди, переоденься, – поддержал ее отец.
Единственный, кто мог бы их остановить, увы, отмалчивался и ничего не делал. Чисто из принципа я могла бы с ними поспорить, но мне все равно нужно было в комнату, чтобы спрятать дневник, пока оттуда все страницы не вырвали. Фыркнув, с гордо поднятой головой вернулась к себе. Сняла штаны, но куртку решила оставить, лишь надела под нее платье, одно из тех цветастых, что принес дистрофик. Даже несмотря на то, что пришлось использовать пояс, платье село неплохо. Однако меня слегка расстроило, что "я" этого мира куда изящнее. Пообещала себе, что съем что-то сладенькое, и переживания как рукой сняло. Собиралась оставить блокнот в комнате, но передумала, уж лучше, когда он рядом.
Спрятала зеркало и блокнот в сумку в форме сердца красного цвета, которая подходила моему наряду так же, как прическа, то есть никак. Вышла в коридор, нашла неодобрение во взглядах стоящих там людей, и весьма довольная собой проскользнула мимо них в прихожую.
– Маша! – зло крикнул отец, но я с независимым видом принялась натягивать на себя кроссовки и затягивать замок куртки.