– Нам уже пора, – решил вмешаться дистрофик, пытаясь догнать меня по скорости обувания. – Было очень приятно познакомиться и посидеть с вами.
– А нам как приятно, – защебетала мачеха, даже потрепав парня по волосам. – Заходи ещё, поболтаем.
– Присматривай там за Машей, она совсем растяпа, – сказал отец, пожимая ему на прощание руку.
– Да я знаю, – подтвердил негодник, подтрунивая надо мной.
– Эй, я здесь, между прочим! – мой возглас все проигнорировали.
– Увидимся, – бросил Саша, выталкивая меня за порог.
Я даже чуть ли не влетела в лифт, так не ожидала своей легкости. Хорошо хоть остановилась вовремя, как раз прочитала, что лифт не работает. Дистрофик, по всей видимости, очень весело сюда добирался.
– Ты в порядке? – заволновался он, увидев, что переборщил с толчком.
Может, он лишь сделал вид, что заволновался? Вчера вот он совсем не волновался за то, что будет со мной! Поправила лямку платья, чувствуя, как оно на мне висит, и, проигнорировав его руку, принялась спускаться. Это тело кажется пушинкой по сравнению с предыдущим, я даже чуть увлеклась, перескакивая через пару-тройку ступенек за раз. Через несколько пролетов дистрофик меня догнал и то только потому, что у меня шнурок развязался.
– Так, – сказал он, тяжело дыша, – чем я в этот раз тебя обидел?
Главное посмотрел на меня так, словно я его головная боль, ну, или взбалмошная подружка. Первый вариант мне нравится куда больше, эти игры порядком надоели. Он прислонился к стене, упираясь руками в колени, стараясь отдышаться.
– А сам не догадываешься? – ледяным тоном спрашиваю у этого недалекого.
Он энергично замотал головой и затем начал кашлять. Красный весь, потом покрылся, вот же слабак. Фыркнула, смотря на него, такой и впрямь никогда не догадается. Подавила в себе зарождающую жалость, напомнив самой себе, из-за кого здесь стою в роли тощего барашка.
– Забудь, – ответила равнодушно, и он забыл.
Буквально несколько мгновений назад он смотрел на меня, затаив дыхание и хмуря брови, и тут же расслабился, беззаботно улыбнулся уголками губ. Стер пот с лица пятерней и даже галантно предложил мне свой локоть, чуть поклонившись. Мне, уже в который раз за день, захотелось его ударить. Может даже убить, пока не знаю, до чего он меня так доведет. Пускай это по-девичьи глупо, но я хотела, чтобы он не забывал. Я точно не знаю, что хочу. То, что для меня непривычно, для обычной девушки нормально. Господи, я что влюбилась в него? Смерила дистрофика таким взглядом, что он даже играть в джентльмена перестал и немного испуганно на меня уставился.
– Что? – протянул он, шутливо пятясь. – Убивать передумала?
– В такого? – в свою очередь пробормотала, надеясь, что он не услышит. – Не смешите меня!
Проигнорировала дистрофика и продолжила спуск, в этот раз помедленней, но держась от него на расстоянии. Думаю, все дело в теле, да и те предыдущие версии меня страдали какими-то недостатками на этой почве. Такое впечатление, что сами реальности говорят мне – влюбись, а то останешься навечно одинокой. Но не в дистрофика же, в самом деле?! Да и не хочу я! От отношений, одни проблемы и боль. Возможно, именно поэтому пишу часто романтику, только в книгах отношения идеальные. В книге ты веришь в любовь, что любимый не предаст свою половинку и предложит руку помощи, в реальности только ты носишь свою ношу, и твои чувства – исключительно твои проблемы. Любовь — это слишком больно, чтобы даже пытаться ее почувствовать снова. Мне хватает и того, что я в книге пишу, чтобы ее почувствовать, насладиться ею и забыть, как сладкий сон. Да у меня главные герои куда сообразительней, галантней и романтичней любого из мужчин! Они идеальны – добрые, надежные, всегда встанут на защиту любимой, а не бросят ее на растерзание маньяку ради забавы! Господи, как подумаю об этом, так руки и тянутся к шее этого тощего гада! Так, спокойно, подумаю о своих сладких мальчиках. Герои моих романтичных историй – практически само совершенство, есть в них лишь один недостаток – они ненастоящие. Возможно поэтому после первого же поцелуя в книге у меня пропадает весь азарт писать дальше любовную историю. Отношения с идеалом скучны до безобразия.
– Маш! Маш! – позвал Саша, даже помахал рукой у меня перед лицом. – Ты чего? Задумалась?
Рассеянно оглянулась, дабы понять насколько я задумалась, что стою на лестничной клетке, потупив взгляд.