– Разве что о твои рёбра, – пробормотала в ответ.
– Что?
– Ничего, – поспешно добавила, откладывая вилку в сторону.
Надо расслабиться, а я сижу, как на иголках. Скорее бы уже еду принесли! Словно повинуясь моему желанию, появилась официантка с квадратными черными тарелками и чем-то таким красивым на них, что и есть жалко.
– Аперитив, – слегка улыбнулась она, на мой удивленный взгляд.
Картошка и какая-то мазня из разных соусов – вот что сказала моя внутренняя продавщица, пока та часть меня, о которой я уже и забыла, потянулась к правильной вилке, после того как накрыла колени салфеткой. После первой вилки я уже забыла о напряжении, еда всегда успокаивает нервы, это ещё в младенчестве проработано, когда кричащего младенца затыкают грудью. Только когда поймала себя жадно смотрящей на порцию дистрофика, поняла, насколько же голодна. Аппетит звериный, словно я на какой-то строгой диете, может оно и так, но сейчас мне глубоко побоку. Каждый переживает стресс из-за нахождения в петле по-своему: гоп-компания убивает всех подряд, я объедаюсь, а Саша воспринимает всех как свои игрушки, которые должны его развлекать. Как по мне, моё обжорство самый адекватный способ расслабить нервы, по крайней мере, из-за него никто не страдает в отличие от других вариантов.
– Бери, – подсунул он мне свою порцию, улыбаясь своей фирменной улыбкой.
В его глазах вижу издевку, или же мне так кажется, но я проглатываю ее вместе с едой, довольно причмокивая. Плевать, как выгляжу, и что все остальные думают, все равно совсем скоро покину этот мир без сожалений. В нём я даже самой себе кажусь чужой, не то что вселенной.
– Скажи, а как ты понял, что встретил Ключ? – отставляю приборы, пока официантка убирает тарелки, натянуто улыбаясь. – Как это случилось с тобой?
Саша рассеянно посмотрел на меня, затем сложил руки в замок, немного прижав к их себе, чтобы не мешать официантке.
– Просто однажды я тоже проснулся в том месте, где и обычно, но все вокруг уж слишком сильно поменялось, – проговорил он задумчиво, словно подбирая каждое слово. – Появились зависимые переменные, которых раньше не было. Мне показалось, что это было похоже на компьютерный сбой программы, ошибку алгоритма, которую вселенная тут же попыталась исправить.
– А где ты проснулся сегодня? – аккуратно поинтересовалась, почему-то вспомнив вчерашний разговор со спортсменом.
– Там же где обычно, изменения были, но еле различимые, – равнодушно произнес он. – Только у тебя есть значимые изменения в окружении из-за встречи с Ключом. Если ты не встретишь его сегодня, то все придёт в норму уже завтра. Если конечно нормой можно назвать происходящее.
Недоверчиво прищуриваюсь, он специально не рассказал, где именно просыпается? Думает, что и я смогу его предать? Как-то это не честно, что он знает, где я живу, а я нет. Что вообще я о нем знаю? Имя и фамилию? Что-то не уверена, на месте дистрофика я бы не стала называть ее тому, кто в будущем будет иметь причину тебя убить.
– Так это из-за Ключа? – раздражённо провожу рукой по своей копне пересушенных волос. – Зачем он это делает? Ради смеха?
– Скорее уж от испуга пытается избавиться от тебя, но не может, – задумавшись, произнес он.
– Не может или не хочет? – раздраженно приподнимаю бровь.
– Кто бы знал, найдем его — сама спросишь, – равнодушно пожал плечом.
Вот скажите мне, куда делось его воодушевление, с которым он меня тащил сюда? Теперь кажется, ему глубоко наплевать на этот Ключ и мои вопросы, как и на меня саму. Вот же человек, у него семь пятниц на неделе. Наверное, земля взорвётся, когда он хоть на полдня станет серьёзным.
С раздражением делаю глоток вина, я в нем совершенно не разбираюсь, но даже этого хватает, чтобы отличить от той бурды, что продается в моем магазине. Опустошаю бокал, смотря в окно, на всех этих людей, идущих на работу или ещё куда. Они все в движении, для меня же время точно остановилось, потеряло свою цену.
– Может быть, это и не реальный мир, в самом деле? – спрашиваю, скорее всего, у самой себя. – Всего лишь, как ты говорил, способность Ключа. Все это не настоящее, хотя мы и чувствуем боль, вкус и запахи. Получается, Ключ этот тоже застрял с нами здесь и проживает этот день раз за разом.
– Звучит так, словно ты его жалеешь, – сказал Саша с небольшой иронией, тоже потягивая из бокала вино.