— Да. Нас долго не было. Работы много.
— Я готов начать, — сказал я.
— На это будет время, — сказала она. — Сядь со мной.
Она села на мраморных ступенях трона и протянула руку. Я сел рядом. Наши плечи соприкасались, мы не хотели отодвигаться, как раньше. Ана не убрала руку, и я сжимал ее.
Я не мог говорить, и она начала.
— Я… хотела тебя поблагодарить, — сказала Ана.
Я взглянул на нее, думая, что она сошла с ума. Улыбка была на ее губах. Я не понимал этого.
— Меня? — неуверенно сказал я. — За что меня благодарить?
— Я не знала раньше, — сказала она. — Что это был ты.
— Что я?
— Что ты спас меня.
— Спас тебя? Я провалил задание.
— Нет, ты справился, — Ана вздохнула, опустила мою ладонь себе на колени, играла с моими пальцами. Я ощутил, как мы близко, и заерзал. — Я вернулась во времени, пока ты спал, — тихо сказала она, словно признавалась в преступлении. — Я забрала ее… свои воспоминания.
— Да?
— Да. Когда я встретила тебя, Рена и Келси, я не знала тебя. Никогда не видела раньше.
— Верно, — сказал я.
— Мне пришлось забрать эти воспоминания. И она знает, что ее спас человек, научил ее использовать нож, но она не помнит его лицо. Мои родители и Сунил тоже забыли тебя.
Я кивнул и сказал:
— Это умно.
— Да? — она переплела пальцы с моими и посмотрела на меня. — Может, если бы я тебя помнила, мы бы меньше ссорились, когда я тебя снова встретила.
— Может, — ответил я. Шея пылала. Я потерся щекой о свое плечо. — Не важно. Что сделано, то сделано, да?
— Да, — зеленые глаза пронзали меня. — Теперь я все помню.
Я сглотнул, во рту вдруг пересохло.
— Д-да?
— Да. Я была с тобой. Когда мое сознание слилось с моим юным я, я словно была с в плену внутри нее. Я все видела и ощущала.
Я отвернулся.
— Мне жаль.
— Мне нет.
— Как так? — поразился я.
— Я не хотела переживать изнасилование, если ты об этом, но я посмотрела на это по-новому. Для меня сейчас он был жалким подобием мужчины. Я хотела защитить себя. Сейчас своими силами я могла бы убить его мыслью, но юная я боялась его. Страх остался со мной на годы. В воспоминаниях он был жутким, сильным. Но теперь я увидела его слабым и мертвым. Это было важно для меня. Я долго думала об этом, пока была заперта в девочке, что была тоже заперта в себе, и ждала, пока ты вызовешь меня.
— Ты все время была настороже? Даже когда она спала?
— Да. Даже когда она умерла. Мое присутствие привязывало ее к миру смертных, чтобы она успела исцелиться. Без тебя она, то есть я, умерла бы. Видишь? Ты спас меня. Много раз. И раз я забрала воспоминания, теперь я помню то, что было от меня скрыто.
— Было опасно возвращаться, — сказал я. — Тебя могло снова затянуть.
Анамика пожала плечами.
— Я пошла, когда она спала. Она вряд ли проснулась бы, — она улыбнулась. — Я взглянула и на Сунила. Я забыла, как он старался быть моим стражем, — она взглянула на меня и добавила. — Ты должен знать, что я убирала следы и давала еду и укрытие, пока ты спасал детей.
— Это помогло. Ты забрала меня в огненный лес, чтобы я исцелился? — спросил я.
Она нахмурилась.
— Нет. Я так не думаю. Мне это снилось, пока я была заперта. Камень правды из огненного леса, может, он направил исцеление от деревьев.
— Ясно.
Ана замешкалась и добавила:
— И я проверила, мертв ли тот, кто меня изнасиловал. Я должна была знать.
Я кивнул и ответил:
— Иначе проверил бы я.
Она вытащила из-за пояса знакомый нож. Я им вырезал камень, с ним сбежал.
— Ты сохранила его? — спросил я, забрал его и погладил лезвие большим пальцем. Появилась царапина, но быстро зажила. — Вижу, ты его хорошо точишь.
— Это был мой первый урок воина, — Ана улыбнулась и стукнула меня плечом. — Возьми. Я хранила его все эти годы, но не знала.
Я поблагодарил ее и отложил нож. Мы молчали, тишина была густой от безымянного напряжения. Я сжал ее руку.
— Готова работать? — спросил я.
— Если ты готов, — она просияла, встала на ноги, призвала оружие и дары. Они полетели к нам, я легко поймал чакру, привязал к ремешку на поясе. Дальше летели трезубец, камандала и Золотой плод. Анамика быстро схватила их. Она бросила мне камандалу, и я надел ее на шею, и ракушка легла рядом с камешком правды.
Она поймала Огненную вервь, обвязала ею пояс, и я заметил на ее шее кулон в виде тигра. Я поймал его пальцами, улыбнулся, видя свой подарок. Она обхватила мою ладонь и шагнула ближе. Волшебный шарф окутал ее плечи и стал плащом.
Жемчужное ожерелье обвило ее шею, она поймала гаду, лук и стрелы, спрятала их за спину. Две броши покружились, как луны на орбите, одна прикрепилась к ее плащу, а другая — к моей тунике.