— Благодарю, — сказал он. — Меня давно не звали юношей.
Я посмотрел на него, как мудрец сделал бы, и сказал:
— Чую, стар ты не годами, и в этом мире ты еще довольно молод.
— Полагаю, — сказал Кадам. — Я прошел долгий путь.
— Путь далек. Ах, да. Пхет видит. Ты, — я пытался продумать Пхета, — приятный гость. Пить? — спросил я.
— Прошу и спасибо, — ответил он и сел.
Я повернулся к стене, заламывая руки, а потом к ним что-то прижалось. Анамика сделала чашку чая. Я похлопал по ее невидимой руке, прошел к столу и опустил чашку перед Кадамом.
— Вот, — он сделал глоток. — Выпей все — хорошо. Скажи Пхет о пути.
— Да, я искал в джунглях шамана.
— Шаман? — я склонил голову. — Что за шаман?
— Тот, кто знает ответы.
Я рассмеялся.
— Все знают какие-то ответы. Все люди — шаманы?
— Нет, — улыбнулся Кадам. — Я ищу того, кто знает особый ответ. Есть тигр, точнее, их два, и они…
— Ах! — сказал я. — Разбить проклятие тигра хочешь. Лекарство ищешь.
Он резко опустил чашку.
— Вы об этом знаете? — спросил он с надеждой.
Призрачная рука легла на мое плечо, тепло наполнило меня с трепетом.
— Красивая богиня-воин Дурга сильна. Говорит на ухо. Тихи ее слова, но умные мужчины слушать женщин. Особенно богиню.
Невидимые волосы Аны упали мне на плечо, она подула мне в ухо. Я кашлянул, потирая длинную мочку пальцами, и продолжил:
— Она жалеет тигров, но поможет только особенная девочка. Любимица богини. Любит тигра. Прогоняет его боли и страдания.
— Как мне ее найти? — спросил Кадам. Он вытащил блокнот и быстро записывал.
— Пхет сниться тигры. Один бледен как луна. Другой черен как ночь. Девочка верна. Найдет тигра. Освободит. И ты поймешь, — мой голос смягчился, я вспомнил Келси. — Девочка одна, без семьи. Заботится о тигре. Ее волосы цвета коры дерева, глаза темные и нежные. Приведи избранную ко мне. Я подскажу еще.
Я понял, что Анамика отошла. Я повернул голову, чтобы уловить ее запах, но она пряталась от меня. Я продолжил:
— Когда она придет, ты не ходи. Только девочка и тигр могут войти в джунгли, — я хмуро закончил. — Любимица Дурги разрушит проклятие тигра.
При упоминании богини я потянулся к ней мыслями, но она закрылась от меня.
— Да, — сказал Кадам. — Я приведу ее. Спасибо. Большое спасибо! — он вскочил, с уважением склонил голову, забрал сумку и ушел.
Он ушел, призрачные руки схватили меня за накидку и толкнули к стене.
Глава 27
Храм земли
Я не боролся, не хотел, чтобы Кадам вернулся.
— Что такое? — тихо прошипел я, ее тело стало видимым. Ее зеленые глаза гневно сверкали. — Ана? — я накрыл ее ладони, сжимающие мою рубаху. Я увидел ладони Пхета, шепнул шарфу, и он сделал меня прежним.
Она не ответила, я коснулся ее руки, предлагая увидеть мой разум, но она оттолкнула меня и вернула барьер между нами.
— Я что-то не так сказал? — спросил я. — Что-то забыл?
— Нет, — бросила она через плечо. — Ты ничего не забыл. В том и проблема.
— Скажи, что не так, — сказал я. — И я это исправлю.
Она развернулась и сунула мне список в руки.
— Не все можно исправить, Сохан, — она пошла к двери, сапоги не стучали по полу хижины. — Я буду снаружи, когда ты будешь готов уйти, — сказала она, вынырнула в проем и скрыла тело, чтобы Кадам не заметил.
Я посмотрел на потолок, как делали многие мужчины, когда их поражали женщины, живущие с ними, а потом пошел за ней. Я догнал ее, она была закрыта так, как я не испытывал с нашего становления спутниками. Она была неприкасаемой. Пропало тепло, что мы растили месяцами. Мы сидели раньше под ним, как под общим одеялом, и грелись.
Я вздохнул и пожелал руководство, что помогло бы понять Анамику, а потом посмотрел на список Кадама и сказал:
— Дальше Кишкиндха, а потом Храм земли. Не знаю, что означает второе.
Ана забрала у меня список и сказала.
— Амулет знает. Тебе нужно только сказать ему направление, и он доставит примерно в нужное место или неподалеку. Но сначала мы отдохнем.
Мы вернулись домой, и я заметил, что Ана добавила детей, пока я не видел. Целое крыло дома заполнили дети.
— Что это? — спросил я у нее, шестеро детей пробежало по коридору.
— Время их занятий, — устало ответила она.
— У нас есть учителя?
— Несколько. Из разных времен и мест. И несколько нянь. Хватит, чтобы присмотреть за ними.
Я ухмыльнулся и сказал:
— Растишь новую армию?
— Нет. Им просто нужен дом.
Я вздохнул.
— Но я не буду папой для половины человечества, — сказал я, стараясь рассеять напряжение между нами.