— Готово, — сказала она, отряхивая руки. — Сработало. Камень показал кое-что интересное. Я…
— Тебе не нужно это делать, — пролепетал я.
Она поджала губы.
— Ты о чем? — спросила она.
— Не нужно… ты ничего мне не должна, Ана. Я про услуги.
— Услуги?
Я просил слова прийти, но они разбегались от меня, рассыпались осколками мозаики. Я наврежу сильнее, если не буду осторожен. Я пнул землю и попробовал объясниться.
— Ана, я хочу извиниться.
— За что?
— За… то, что схватил. Что разозлился.
Она издала смешок.
— Ты всегда злишься. Или раздражен. Ничего нового.
— Нет, я знаю. Но я больше не буду. Не теперь, когда я знаю, как ты реагируешь.
Она скрестила руки на груди и сказала:
— Тебе не понравилось?
— Нет, но ты не должна. Я этого не жду. Это не… то, как мужчина должен обращаться с женщиной.
Ана вздохнула.
— Ты можешь сказать четко, а не мямлить? Мне надоело слушать, как ты бормочешь бред.
— Вот. Видишь? — я указал на нее. — Я об этом и говорю. Я пытаюсь понять. Со мной не должно быть так сложно, но ты начинаешь нападать. И я могу только стараться быть хорошим.
— Знаю. И теперь ты расскажешь, как было у вас с Келси.
— Было. И ее легко сравнивать с тобой.
— Хорошо! Если она тебя радует, вернись в ее время и оставь меня. Мне не нужна твоя помощь, и я не хочу, чтобы ты ощущал себя в ловушке рядом со мной.
Она развернулась и пошла по лесу. Я поспешил за ней.
— Ана, стой. Ана, прошу, погоди. Прости. Веришь или нет, но я пытался извиниться.
Она быстро развернулась и пошла ко мне. Она застыла в паре дюймов от меня, тело напряглось от гнева, ее глаза-изумруды были холодными. Она сказала:
— Скажи прямо, Кишан. И покончим с этим.
— Во-первых, я не в ловушке. Больше нет. Я хочу быть здесь и помогать тебе. Во-вторых, Келси — часть моего прошлого. Важная, да, но я должен принять, что она с моим братом. Она счастлива с ним. Я не буду мешать.
— А в-третьих? — прошептала она Гнев вылетал из нее, как воздух из шара.
— В-третьих? Мне не нравится, когда ты зовешь меня Кишаном. Сохан лучше.
Ее губа дрогнула.
— Может, лучше принц Сохан Великий?
— Не отвлекай меня. Я еще не перешел к важной части.
— Какой?
Я протянул руки. Она опустила взгляд, сжала губы и опустила ладони на мои.
— И еще… как бы я ни злился, я никогда не буду обходиться с тобой, как тот, кто тебя изнасиловал.
Она открыла рот, и я чуть тряхнул ее руки.
— Дай закончить. Я ничего не жду от тебя, Ана. Тебе не нужно тереть мои плечи, целовать меня или даже обнимать. Мне хватит и службы тебе тигром до конца моего существования. Ты можешь считать меня защитником, как своего брата. Я знаю, через что ты прошла, и я не буду причинять тебе больше боли. Прошу, поверь, Ана. Я никогда так к тебе не притронусь.
Я опустил голову, чтобы заглянуть в ее лицо, надеясь, что она увидит мою искренность. Мириады эмоций были под поверхностью, но она скрывала их от меня. Сжав ее руки, я сказал:
— Ты понимаешь, Ана?
— Да, — тихо сказала она. — Понимаю.
— Хорошо, — я выдохнул и постарался улыбнуться ей как брат. — Что дальше по списку? Четыре дома?
— Нет, — рассеянно сказала он. — Да, — она тряхнула головой и отошла. — Мы можем сделать это завтра? Я устала.
Я в тревоге коснулся ее плеча:
— Конечно, ты ведь использовала столько силы. Ты устала. Нам нужно выспаться. Хочешь домой?
— Нет. Мы не закончили здесь. Может, тут и заночуем?
— Ага, — я провел рукой по волосам, повернулся по кругу. В голову пришла идея. — Я знаю место. Может, попробуешь Рощу сновидений? Я спал там с Келси, — я скривился от своих слов, понимая, что мог попасть по больному месту, но она только кивнула без интереса.
Я повел ее туда и застонал, вспомнив, что мы все тут создавали.
— Доверишь мне это? — спросил я.
Она махнула рукой и пошла нарвать цветы.
— Ладненько, — я потянул силы богини через нашу связь. Магией земли я создал беседку, а потом с шарфом сотворил большую кровать, что висела меж деревьев как большой гамак. Цветы и лозы обвили деревья, укрывая кровать от взглядов.
Когда я закончил, она провела рукой по матрасу.
— Выглядит удобно, — сказала она. — Может, стоит сделать такую в моем саду.
— Я буду рад сделать это для тебя.
При виде Аны среди цветов и зелени, которые она любила, мое сердце согрелось. Шарф обвил ее тело, пока она обходила кровать, водя пальцами по шелковым простыням. Он сделал ей ночную рубашку из легкой ткани. Она была цвета крыла голубя, обвила ее тело, и я не мог не заметить это. Сзади ночная рубашка была длиннее, и повязка на ее волосах пропала. Ее длинные пряди ниспадали на спину сияющими волнами. Она повернулась, и я сглотнул.