— Ах.
Воздух ранним утром был прохладным, осенним. Солнце появилось над горизонтом, и я посмотрел на нее. Она терзала губу зубами.
— Что такое? — спросила она.
— Не хочу оскорбить тебя вопросом.
— Я постараюсь не обидеться. Что ты хочешь знать? — я хотел показать ей, что могу быть понимающим, как она со мной. Я много месяцев отталкивал ее и оставался один со своими страданиями. Она была не такой простой, и я хотел узнать ее лучше, и чтобы она узнала меня.
— Что… что бы ты делал в будущем, если бы вернулся с Келси?
— Я… — я закрыл рот. Мы шли в тишине.
— Я тебя обидела, — сказала она. — Прости.
— Нет. Я… даже не думал дальше идеи, что буду с ней. Я хотел семью. У нас было много денег, и мне не нужно было работать. Думаю, я просто ходил бы в офис каждый день.
— Работать? Офис? Ты про ту комнату высоко в небе со стеклянными стенами?
— Да.
— Что там делать? Тыкать пальцами, чтобы волшебное окно с тобой говорило?
Я хмыкнул и потер челюсть.
— Большую часть времени я мешал Нилиме. Встречи были скучными. Я не люблю финансы и бизнес. Хотя компьютер, который ты зовешь волшебным окном, — полезная штука, но я предпочитаю трудиться руками.
Ана кивнула, но хмурилась. Я знал, что она пытается понять меня. Я кое-что объяснил ей, но о многом не подумал.
— Я тоже предпочитаю трудиться руками, — сказала она. — Не могу представить, как всю жизнь сидеть.
На дороге стало больше путников, и мы притихли. Я подумал о скучных и долгих днях в офисе, где я пытался делать так, как учила Нилима. Я не мог представить жизнь ужаснее. Я не был создан для такого. Джунгли были моим домом. В прошлом мне было уютнее, чем в будущем. На моем рабочем месте не звенел телефон, не звякал лифт. Там были уздечки лошадей, крики боя, свист стрел и звон мечей.
Я думал не только о битвах. Мне нравилась природа. Города душили меня. Я был в них как в клетке. Вместо ковров и плитки я предпочитал шуршащие листья. Вытоптанные тропы вместо тротуара. Мне нравилась медленная и простая жизнь прошлого. Без Келси и брата я часто ощущал себя лишним в будущем, как реликвия или старый меч, ржавеющий на стене. Меня звала тишина прошлого.
Чем больше я думал о шуме — гул голосов, бесконечные рекламы, требование получить больше вещей, словно счастье зависело от этого — тем больше я понимал, как сложно там было жить. Я не знал, была бы Келси рада тихой жизни со мной.
Как-то я подарил ей ключ. Я мечтал построить дом в своих джунглях, жить там с ней простой жизнью. Но приняла бы она это или презирала меня? Бросили бы нас дети, возненавидев меня за то, что я удерживал их от современного мира? Мне стало горько. Я и не спрашивал, каким она видела наше будущее.
Я думал, сложнее всего будет привязать к себе Келси, но, может, сложностей было больше, чем я ожидал. Жить во времени Келси нам обоим было бы сложно. Я стиснул зубы, не желая признавать то, что у меня были пределы, что я не был бы успешным по стандартам мира Келси. Любви должно было хватать. Остальное подавляло меня.
Рука Аны задела мою ладонь, я ощутил успокаивающее покалывание нашей связи. Ее шаги совпадали с моими. Она уверенно шла, высоко подняв голову, расправив плечи, хотя мы были в месте и времени, которых не знали. Ее волосы спутались, на лице была полоска грязи, но она все еще была красивой. Даже без поведения богини Анамика была женщиной, что могла поманить, и любой мужчина прибежал бы. Странно, что она не знала об этой силе.
Я не сомневался, что в будущем она выделялась бы сильнее меня, но все еще мог представить толпы, что расступались, и она смело шла среди них. Они потрясенно смотрели бы ей вслед, словно она была редкой и удивительной, как единорог в городе. Пыль магии сияла бы за ней, и все шли бы следом, надеясь, что немного ее блеска перейдет к ним.
Мы много раз сражались вместе, и когда я думал о моей роли ее тигра, несущего ее в бой, я ощущал сильнее всего гордость. Мы прошли грязь, болезни, смерти, поля павших солдат, и она не дрогнула. Ни разу. Она решительно играла роль богини. Никто не заслужил этого сильнее нее. Она была идеальным выбором. Идеальна во всем.
— Думаю, впереди стена города, — властно сказала Ана.
Я прикрыл глаза рукой, щурясь.
— Думаю, ты права. Какой план?
— Нам нужно менять облик? — она доверяла моему мнению.
— Вряд ли нас узнают. Но гардероб обновить стоит.
— Гардероб?
— Одежду.
— Ах. Мы готовы это сделать, — она кивнула, и мы прошли врата города.
Город шумел. Мы шли за путниками и оказались на центральном базаре. Запахи готовящегося мяса смешивались с горечью требухи зверей. Ярды шелка трепетали на ветру. Я повел Анамику туда, надеясь расспросить торговца о шелкопрядах и швее из дворца императора.