"Эх, Галя, Галя. Как ты там? Спасибо, что была в моей жизни, ты вошла в неё резко, страстно, сильно и так же вышла из моего жизненного пространства. Счастье тебе, Галина! " - так рассуждал я, вертясь у зеркала. Но главное, я без обид отпустил свою бывшую любовницу, в итоге не потерял нежность и не озлобился на прекрасный пол, хотя с будущей тёщей мне придётся искать дипломатический подход и опять -таки не без советов моего друга Духа и зятя Гриши.
Сам удивляюсь, как у меня плавно поменялась философия жизни и мировоззрение без революций, без так сказать насилия и догм. Как будто фея взмахнула своей волшебной палочкой и мой мозг стал очищаться от системных распорядков и заполняться какими-то другими знаниями. Как я понял- это генетическая память моих предков людей Первоистоков стала во мне пробуждаться.
В одном я слукавил, что сильная ломка, которая была после первого посещения дольменов, ничего плавного не представляла, наоборот, мне снова хотелось прикоснуться к истинной любви, как к наркотику, иначе бы моя душа просто разорвалась от душевной боли. Второе - я голодал и третье- как мне дали понять, если я отступлюсь, согрешу, хотя бы переем мясной пищи, напьюсь до синьки или совершу порочный поступок, то снова будет ломка, это уже моя душа сама будет выгребать мусор из моего тела и всех планов бытия. Так что я всегда старался обходить искушения и моя спартанская закалка в этом мне помогали.
Так, что лучше завязать бабочку или галстук, какой аксессуар выбрать, параллельно рассуждал я. Хотя в такую жару хочется расстегнуть ворот рубашки и не париться, но там будет Ия Илларионовна и не удивлюсь, что в наряде от самого Версаче. Так что мне никак нельзя упасть в её глазах.
Так вот я надел черный костюм с бабочкой, лаковые оксфорды - туфли и даже не забыл окунуться в легкий аромат одеколона. И раз дали мне неделю на свадьбу, надо действовать и я почему-то очень хотел верить, что Игорь Владимирович меня поддержит.
Достал и алмазные запонки, спасибо Григорию, надоумил, что на светском приёме надо выглядеть джентльменом, а не мачо, а то что это будет не обычный праздник, я всем нутром чувствовал, тем более на столах стояли приборы из хрусталя, серебра и дорогого фарфора. Оставалось подобрать нагрудной платок, так сказать вишенку к моему костюму и желательно такого цвета, какое наденет Инга. Поэтому я ждал звонка от Григория, который должен был мне подсказать цвет.
Кто украсит там двор шарами, гирляндами, плакатами и всякой мишурой, это в наши задачи с Григорием уже не входили. Есть мозговой штаб - Анна и целый табор богатых родственников греков, даже из Сочи и Краса приехали бизнесмены, может спецом их Гриша решил пригласить, чтобы засветиться перед генеральской четой? Ведь как я понял, Игорь Владимирович никто иной, а высокопоставленный сотрудник ФСБ, может и в правительственных кругах он ошивается? Ведь не успел я переступить порог управления, как мне в руки уже выдали удостоверение и обмундирование. К чему такая спешка или просто- это называется кумовство?
Чем больше я думал и анализировал события, тем сильнее пропадало желание служить в органах ФСБ, не для отмывания ли тёмных дел меня туда пробили? Но от плохих мыслей меня отвлекла мама:
-- Ах, Лёшенька, какой же ты красивый!
-- Как Ален Делон? -- пошутил я, когда глянув в зеркало, увидел жениха, а не Алексея Игоревича Гордеева, то есть себя.
-- Как Аполлон! А розы ты кому купил? Девушке?
-- Так, для одной особы, есть одна на примете.
Я не хотел расстраивать мать по поводу капризной Ии Илларионовны,так как всем своим нутром понимал, что будущая тёща с меня просто так не слезет, вопрос в другом, чем же я ей не угодил? Ну не сынок министерского папаши и не предприниматель-олигарх, но зато я искренне люблю её дочь и никому не позволю обидеть мою девочку!
От одной мысли об Инге меня снова окутало лёгкое, пьянящее возбуждение. Странно, с Галей я такого не ощущал, наоборот меня колотили дикая страсть и ревность, а внутренний огонь просто сжигал меня всего внутри, выходит прав Дух, это была не Любовь, а похоть.
Мама же по случаю дня рождения внучки надела длинное, строгое платье персикового цвета, которое молодило мать и стройнило её. И тут я обратил внимание, что моя мама и будущая тёща практически одного телосложения, и роста. Только глаза моей матери были тёмно- синие и добрые, а вот глаза тёщи пугающе белые и как бы насмешливые .Казалось, Ия Илларионовна сидит на высокой колокольне и с высока всех критически оценивает.Но вслух произнёс для матери приятный комплимент.