Рыжеволосый мальчишка в такой же хламиде, но серого оттенка, подбежал к мужчине и протянул кипу скреплённых бумаг с пометками в виде цветных лоскутов. Отдав записи, он молниеносно скрылся в шатре, в котором скрывались рабы перед началом аукциона.
Такие крупные торги проходили всего два раза в год: в середине весны и в начале осени. Конечно, мелкие продажи шли постоянно между владельцами. Такие же аукционы имели больше развлекательный характер, заставляя богатеньких господ выкладывать крупные суммы за понравившейся товар.
-Уважаемые Дамы и Господа, - прочистив горло, начал мужчина, - добро пожаловать на аукцион «Пряной Осени», с вами сегодня буду я – Парий Лучезарный! У нас припасено для вас немало сюрпризов, кроме того, именно здесь вы найдёте лучший и редкий товар! Вам сказочно повезло оказаться в Сайрине именно сегодня, - он подмигнул очаровательной брюнетке, стоявшей рядом с помостом, - а тем временем, наш аукцион откроет зверинец красавицы Тереи. Поговаривают, среди её коллекции есть настоящие алмазы!
Из шатра медленно выплыла немного полноватая женщина в роскошном белом халате с запахом на правую сторону, с которой свисал серый хвост лисы с серебристыми вкраплениями. Высокую причёску поддерживала атласная лента с тонкими нитями жемчуга.
-О, прелестная Терея! Если бы мое сердце было не свободно, мы бы уже стояли перед ликом Единой!
На щеках шаманки вспыхнул алый румянец, губы растянулись в лёгкой улыбке. Какой женщине будет неприятен пусть и пустячковый, но комплимент?
-Итак, оставим алмазы на десерт, - Парий мельком глянул в список, - пожалуй, начнём с рабочих лошадок. Человек, двадцать лет от роду, силён как вол, а посмотрите на эти перекаты мышц под кожей…
***
С той стороны шатра слышался зазывной голос, да слаженный какой! Эх, в нашем мире у него бы отбоя не было от заказов на корпоративы и праздники. Вот только зазывал он по наши души.
Один за одним шатёр покидали молодые парни, а их было всего трое, не считая юного мага. Как только на помост вышла первая из девушек, публика оживилась.
- Четыре золотых, о, эта златовласка стоит намного больше! Посмотрите только на эти большие… кхм… глаза! Тонкая талия так и радует глаз, а эти изгибы… пять золотых от мужчины с зелёным поясом!
Только сейчас заметила, как мои пальцы нервно отбивали только им известный ритм по ноге. Бежать. Надо бежать!
Но как?
Как только я сделаю шаг за периметр, меня тут же скрутит волной всепоглощающей боли от милых побрякушек на запястьях.
-Эй, в красном балахоне! Твоя очередь, - тот самый, с вороном на тыльной стороне ладони сделал шаг ко мне и протянул руку, приглашая.
Я сильная, справлюсь. Надо только пережить этот позор, ведь о нем все равно никто не узнать. Глубоко вздохнув, подняла высоко подбородок. Проигнорировав руку наемника, гордо прошла под полог шатра.
Солнце ослепило лишь на мгновение, глаза привычно сощурились, привыкая к яркому свету. Терея, завидев меня, наклонилась к распорядителю и жарко зашептала на ухо.
-Да? – он с удивлением посмотрел в мою сторону, - многоуважаемые дамы и господа, перед вами самый настоящий алмаз коллекции нашей блистательной Тереи!
Я замерла на полпути, оглянувшись, но позади никого не было. На подмостки из «товара» я была одна, а значит… Хорошо хоть лицо прикрывала повязка и «многоуважаемым господам» не было видно моего раскрытого рта.
-Юная девушка семнадцати лет…
Твою мать, мне ещё и семнадцать! Едва не застонала в голос. Отчего-то сильно не хотелось переживать заново все прелести этого возраста.
-Чиста, как белоснежные лепестки лайриса в лунную ночь, а её красота… о, вижу, вам не терпится посмотреть? Алмазик, давай, сними накидку!
Хотела было воспротивиться из чистого упрямства, но краем глаза заметила наемника, выглядывающего из-под полога шатра. Он, не стесняясь, провел ребром ладони по своему горлу и ухмыльнулся – мол, вот твоя участь, если не подчинишься.
Красная накидка мягко соскользнула по спине и упала к моим ногам, заключив их в кольцо. Как я сейчас была рада тому, что на лице осталась полупрозрачная повязка, а уши прикрывали волосы. Зуб даю, сейчас я точная копия сеньора-помидора. Невероятно сильно хотелось закрыть глаза и представить все сном, неправильным длинным сном. Который обязательно скоро должен закончиться.