Волк молчал, а я, не знаю почему, осмелела настолько, что подошла ближе. Вплотную. Где-то глубоко внутри все вопило «Идиотка, он же хищник! Больной, раненый, но хищник! И он голоден!». Вот только был и другой голос. Голос сердца, его за воплями было тяжело различить. Сердце верило, знало – он не обидит, кто угодно, только не он.
Рука сама легла на его морду, осторожно поглаживая слипшуюся шерсть. Медленно прошлась за ухом, вернулась на лоб. По щекам потекли предательские слёзы, заставляя всхлипывать.
- Бедненький мой…
И тут произошло то, чего я никак не могла предугадать: он мотнул мордой, прижимаясь к моим ногам.
- Помоги мне, Силь…
-Ты... Ты говорящий?! - Я просто не могла в это поверить. Рука, гладящая спутанную шерсть замерла. Не раздумывая ни секунды, уселась на грязный пол, посмотрев прямо в золотистые уставшие глаза.
-Говорящий, - волк устало подтвердил, - а ты моя... Единственная...
15.2
- Рейнар! – с дикими криком, сорвавшимся с губ против моей воли, я подскочила на кровати.
Сердце бешено колотилось, ещё немного и оно вырвется из груди, оставив в ней зияющую рану. Артефакт, висевший на шее, раскалился до бела прожигая нежную кожу. От всепоглощающей боли хотелось кричать, звать на помощь, но с горла вылетали лишь надсадные хрипы.
Не слушающимися пальцами пыталась подцепить цепочку. Удалось схватить лишь камень, отдаляя его от кожи. Сквозь пелену боли почувствовала запах паленой кожи. Все внутри вопило, в голове раненой птицей билась лишь одна мысль: «сорвать, избавиться, уничтожить!» . Желание было настолько сильным, настолько искренним, что пальцы, удерживающие кулон на небольшом расстоянии от шеи, засветились белым. Светлые искры медленно переползали на камень, проваливаясь внутрь.
В комнате, чьё пространство наполнялось лишь моими хрипами, раздался едва различимый щелк. И боль отступила, прекратила пульсировать в голове, принося долгожданное облегчение. Пальцы, все ещё держащие кулон, больше не жгло. Я ощутила холод камня и одно маленькое, но очень значительное изменение – артефакт дал трещину.
А затем пришли они – воспоминания. Более ничем не сдерживаемые, они лавиной сошли на меня, погребая по собой. Детство, первая двойка, домашний арест, побег на дискотеку… словно просматривала фильм на быстрой перемотке, а в главное роли – я.
Поступление в университет, документы о моем удочерении, последний экзамен и роковой толчок под машину. Смерть. О, её я переживала заново. Тыльной стороной ладони вытерла ручьём бегущий поток слез, застилающий глаза. Но не воспоминания. Они продолжали всплывать яркими вспышками. Новая жизнь, рабство, побег… Рейнар Ин Гроссер. Глава ОКО и главный дознаватель. Моя погибель и мой спаситель. Волк, которого я полюбила всем своим сердцем.
Именно он пробудил, вытащил из проклятого камня все воспоминания, позволяя вспомнить то, что было заперто. Вспомнить его.
И захотеть прибить Терею. Немедленно!
И, знаете, именно этим я бы и занялась, не запутайся в простынях моя нога. С грохотом я приземлилась ровненько на пол в сантиметрах от пушистого ковра.
- О-ох…- простонала, потирая ушибленный копчик.
- Вызывала? – заданный из ниоткуда вопрос заставил меня взвизгнуть, подпрыгнуть и приземлиться на четвереньки. В этот раз с полом познакомились мои колени.
- С… сссс…
- Сайрус, Ваше Величество, - благосклонно напомнил дух-хранитель.
Подняла на огонёк глаза, заставляя его запнуться. Видимо, все же прочитал в прищуренном взгляде, что звала я ни как не его. Но, раз пришёл он, будет отчитываться по всем фронтам.
- Я все вспомнила, - решила выдать все, как на духу.
- И с кем брак консум…, - в комнате разжалось рычание, - понял, не дурак. Кх-м, и что же понадобилось от меня?
А вот здесь начиналась самая сложная задача.
- Видишь ли, мой, как ты выразился, муж – Рейнар ин Гроссер и он…
- Да ладно?! – огонёк нехарактерно присвистнул, принимая максимально алый оттенок. – Сам глава ДМН?! К нему же не подступишься!
- Откуда информация, хранитель, если ты спал двести лет?