Даже Кремень, с высоты своего статуса не желающий вслушиваться в мои слова (воистину: если чашка полна, воды в неё уже не долить!), волей-неволей изменит своё отношение. И Керму Пекло тоже придётся ревизовать свои взгляды на «предерзостного выскочку»… если он вообще способен менять взгляды, при его-то возрасте и статусе. Пока что и Лараг, и Кремень, и Наэли Подушка с Эррисом Шмыгом, и прочие авторитетные коллеги признают за мной некоторую силу, признают навыки — но отнюдь не понимание. Но я это изменю — для их же пользы!
…хотя первая реакция Железноступа на мою речь от реакции Губы отличалась мало, вторая реакция выдала в нём более искушённого человека. Целое он не понял, но успешно уцепился за частность и задал соответствующий вопрос:
— Значит, ты стремишься к высотам магии? И Лараг не преувеличил, когда говорил о размере твоих амбиций?
— Не знаю, что именно говорил тебе мой куратор, но отвечу ещё одной заёмной фразой: «Плох тот солдат, что не мечтает о жезле маршала». Восхождение на гору состоит из маленьких шагов, но если не ставить себе целью взобраться на самую вершину — не стоит и начинать.
— Разумно, — признал Сайл с чуть ли не удивлением.
— Кстати, о целях. Я весьма ценю и приглашение, и общество, и угощение, — красноречивый жест кубком в сторону хозяина дома, — но до сих пор не знаю, за какие заслуги награждён этим незапланированным отдыхом.
В переводе с дипломатического: «Какого лешего я тут лясы точу? Колись уже!»
— О, — Железноступ совершил небывалое деяние: смутился. Внешне он это не показал, но с моим умением считывать эмоциональный фон одной показной невозмутимости мало. — Меня извиняет лишь неожиданная… приятность общения. В самом деле, пора перейти к сути. И как только к нам присоединится… моя родственница, я немедля сообщу о причинах нашей встречи.
Настал мой черёд упражняться в лаконичности:
— Родственница?
— По линии жены, — почти поспешно пояснил Сайл. — Дальняя. И… я обязан предупредить, заодно высказав искреннюю просьбу: отнесись к бедняжке без предубеждения и… жалости. Со всей искренностью надеюсь, что ты выкажешь достойную своих лет сдержанность.
— Мои усилия оказались бы успешнее, если бы я знал больше, — или, в переводе с дипломатического… хотя тут даже перевода не надо. А Железноступ снова смутился.
Тогда-то меня и охватило запоздалое предчувствие…
— Посмотри на меня и сам всё увидишь!
Сильно запоздалое.
Уже когда я спрашивал Сайла о целях своего присутствия в его доме, я знал, что к ждущей указаний горничной появилась ещё одна представительница прекрасного пола. Причём не самая обычная. По витальному слою ауры, даже без специальной концентрации, я ощущал в ней такую же подготовленную персону, как любой из полноправных Охотников. Сходство усиливали лёгкие дефекты, которые я давно влёт интерпретировал как шрамы. Эмоционально «родственница», в противовес горничной, ощущалась слитком противоречивых устремлений. Этакий компактный шторм, готовый разразиться и шквалом, и молниями, и дождём… хотя последнее вряд ли: что-то, а слезливость для столь тренированной особы не должна быть характерна.
А вот магически… тут всё ощущалось ещё запутаннее. Я даже не мог определить, есть у неё магические способности или нет. Хотя в последнее время собрал неплохую подборку внутренней статистики по ученикам, адептам и более сильным магам самых разных стихийных направлений, вплоть до нетипичных (это я про «гномов» и «эльфов»).
Увы, стихия «родственницы» опознаваться не желала. На сей счёт я мог повторить классическую фразу из одного старого рассказа: «Недостаточно данных для разумного ответа».
Но это всё мелочи. Фактом же являлась яма, которую — не без моей помощи, хе-хе — вырыл себе Железноступ, обсуждая человека в его (то есть её) присутствии так, как это и за глаза-то делать не надо. «Отнесись к бедняжке без предубеждения», ну надо же! Жалостью её не задень!
Судя по всему, она сама кого хочешь заденет. Ставлю диагноз по первой же реплике.
Сайла она уж точно задела не слабо.
— Кимара! — вскинулся он. — Не могла бы ты вести себя…
— По стойке «смирно»? — фыркнула она, пока Железноступ подбирал слова. — Нет, не могу, дядюшка. Извини.
Последнее слово вполне можно было взять в кавычки. Или заменить на «пошёл к чёрту».
Практически беззвучно подойдя к креслу Сайла, она остановилась около. Так, чтобы ему было неудобно отчитывать её, выворачивая шею, и чтобы я видел только одну сторону её лица. Левую. На которой почти нет шрамов.