- Ты так спокойно об этом говоришь? - удивилась Изида, не веря своим ушам. - Тебя это совсем не смущает?
- Это не ее война, - сделав паузу, заговорил я. - Это моя война, твоя и Курта, как одной из сторон, а также Пастыря и его генералов в качестве другой стороны. Всем остальным вовсе не обязательно геройствовать.
- Согласна, - одобрительно закивала Изида.
- Приглядите тут за Дашей, - попросил я, разминая шею. - И не выпускайте ее больше из Шпиля, пожалуйста.
- Ты надолго? - разочарованно спросила Изида, понимая, что я вновь на какое-то время пропаду.
- Нет, нужно поблагодарить одного человека, - улыбнулся я, заглянув в ее устремленные к полу глаза. - Крестоносцы не смогут быстро организовать атаку, я вернусь до начала очередного витка этой затянувшейся войны.
- Пожалуйста, будь аккуратен с Первым, - так и не подняла взгляда Изида.
- Просить меня быть аккуратным, это всё равно, что просить комара не пить кровь, - сказал я.
- Я это уже поняла, - засмеялась Изида.
Быстрым шагом я направился во внутренний дворик Шпиля. Под сакурой скакал Чёрт, играя со Стражем, который тоже успел прибыть из крепости.
- Я его покормил, ты не против? - спросил у меня Страж.
- Только за, - ответил я. - Все вернулись уже?
- Да, все, кто участвовал в атаке, - сообщил он. - А еще Кузнец с группой тоже благополучно добрались, новичка какого-то привели.
Сдав оружие и броню Стражу, я направился в Город. Мне было просто необходимо поговорить с Первым. Его личность действительно очень тянула к себе, у него столько всего хотелось узнать, столько спросить.
Добравшись до полуразрушенного красного дома, недалеко от которого совершили переход совсем недавно, я понял, что больше не могу идти. Я не спал уже давно, я прошел за день десятки километров, практически не ел, участвовал в нескольких битвах. Еще я говорил с Дашей, а это пострашнее всего вышеперечисленного. Мне нужно немного отдохнуть. Создав аквариум, я удобно устроился на кровати. Чёрт жалобно посмотрел на меня.
- Не хочешь спать на траве? - задал я вопрос четвероногому другу, который всё еще терпел меня и даже не сбежал. Чёрт ответил звонким гавканьем.
Я растворил свою маленькую кроватку, создав большое двухместное ложе. Чёрт, виляя хвостом, запрыгнул на нее и улегся мне в ноги. Странное окончание странного дня...
Глава 9.
...Я сидел на лавочке возле небольшого пруда и думал. Думал обо всём и ни о чём. Думал о Даше, о разгорающейся искорке войны, о том, как быть дальше. Должны ли мы ждать следующего шага противника или нам необходимо не дать ему сделать этот шаг? Нужно ли нам готовиться к обороне или попытаться совершить еще один серьезный удар? Ко второй атаке крестоносцы будут уже готовы, и в этом состоит ключевая проблема. Курт был прав, утверждая, что враг слишком расслабился, и это даст нам основное преимущество. Одни раз благодаря внезапности мы склонили чаши весов в нашу сторону, но в следующий раз за нас уже не будет играть фактор неожиданности.
Периодически я бросал далеко вперед палку, приучая Чёрта приносить ее обратно. Согласен, очень глупо обучать столь умного пса такой фигне, но, судя по всему, сам Чёрт был в восторге. Его поведение напоминало поведение щенка, нежели поведение взрослого пса. Возможно, он всегда будет оставаться немножко ребенком. Ведь все люди сохраняют в себе частичку детства. Нет, так будет правильнее: все взрослые люди - это дети, скрывающиеся за маской социальных норм, правил и обязанностей. Но Чёрту не надо прятаться за маской. О, а еще ему пришлось по вкусу нежирное вареное мясо, которым я стал его кормить. Хоть с чем-то я не прогадал...
Мои мысли были прерваны длинноногой "красавицей", разодетой, как дешевая проститутка, и обладающей убийственными коготочками. "Дочь" Первого, которую я видел, когда выходил после разговора с ее папашей. Она двигалась куда увереннее и намного быстрее, чем то создание, с которым мне пришлось сразиться, но всё же ее скорость перемещения сильно уступала человеческой. Чёрт слегка напрягся и подбежал ко мне. Я попытался успокоить Чёрта при помощи почесывания его шеи.
Дочь Первого подошла ко мне, но я так и продолжал сидеть на скамейке. Левой рукой, закованной в стальную перчатку, она попыталась протянуть мне листок бумаги. И движение это было настолько неаккуратным, что мне пришлось уклоняться, иначе она раздавила бы мне плечо. Наверное, Первый лично управляет созданием сейчас. Теперь я понимаю, что он имел в виду, когда говорил о некорректности выполнения некоторых его приказов.
Мне потребовалось фактически вырвать листок бумаги из руки создания, так как сжимала дочурка его слишком сильно. Это оказалась записка, как я и полагал ранее. Надпись красочными каллиграфическими буквами гласила: