- Нет, не так, - закачал я головой. - Ты берешь неправильную систему координат. Нельзя сравнивать добро и зло со светом и тьмой. Да, добро и зло неразрывно связаны между собой и очень относительны, да, если не будет одного из этих двух явлений, то и второе перестанет существовать. Но это всего лишь философские рассуждения, которые не имеют никакого практического значения и далеки от реальности, как небо и земля.
- Я знаю, что данные понятия сравнивать нелогично, - неожиданно согласился Первый. - Мне было просто интересно это делать. Тут особо заняться нечем, знаешь ли, вот и приходится думать обо всём подряд. Но ты заблуждаешься по отношению к философии, это распространенная ошибка. Философия позволяет расширять мировоззрение, учит мыслить логически, искать нестандартные подходы.
- Нам с тобой - возможно, - продолжал поддерживать я нашу дискуссию. - Но скажи, разве будет практическая польза от философии, скажем, у какого-нибудь алкаша? Или у нациста, убившего маленькую девочку другой расы? Как это поможет расширить их кругозоры и взгляды? Разве это сделает из них достойных людей?
- А вот тут мы плавно переходим к теме, что в этом мире нет места всяким отбросам, - я уверен, что Первый улыбался под своей маской, сказав эту фразу.
- Этот мир? Ты говоришь про Мечту? - уточнил я.
- Мечта, тот мир, все миры! - воскликнул местный "Бог", перекладывая одну ногу на другую. - Любой мир станет лучше без идиотов.
Я уже планировал открыть рот и ответить Первому, но потом подумал, что в этом споре мне никак не выиграть. Просто потому, что наши с ним позиции в данном вопросе схожи, а спорить с теми утверждениями, с которыми ты сам согласен, как-то странно.
Первый взмахнул рукой, и метрах в пяти от нас появилась деревянная доска, по ширине и росту схожая со среднестатистическими показателями человека. Он, так и продолжая уютно рассиживаться на скамейке, взмахнул рукой еще раз. Но этот взмах уже напоминал бросок, и в дощечке появился метательный нож. Первый не создал нож в мишени, он сотворил его в руке в момент броска, однако произошло это настолько стремительно, что я практически ничего не заметил. Еще взмах: очередной нож воткнулся буквально в миллиметре от предыдущего. Несравненная меткость и скорость.
- Почему ты в маске? - набрался я смелости задать тот вопрос, который так мучил мой мозг.
- Это мое настоящее лицо, - ответил он, воткнув следующий ножик в доску.
- Ладно, раз уж у нас маскарад, то и я приоденусь, - произнес я, создав у себя на голове точно такую же маску, как носил сам Первый, только моя маска была белой. Он, увидев это, громко засмеялся.
- Ты ведь программистом был, если я не ошибаюсь? - спросил Первый, продолжая втыкать в мишень один нож за другим. Ни одного промаха и ни одного отскока.
- Хреновым я был программистом, - улыбнулся я, но теперь маска на моем лице скрывала эмоции. Только сейчас я догадался, что эта одна из причин моих опасений по отношению к Первому. Я не видел то, что выражает его лицо, поэтому постоянно пребывал в напряжении.
- А я был хреновым архитектором, - совершив удачный бросок двух ножей с обеих рук, произнес Первый.
- Я видел твой Город, ты просто не мог быть плохим специалистом, - не поверил я его словам.
- Не вру: я постоянно сидел без работы по профессии, - начал Первый открывать завесу тайны о его прошлой жизни. - Все мои проекты были слишком амбициозными, слишком дорогостоящими. И слишком надежными. Понимаешь, я хотел, чтобы мои творения стояли тысячи лет...
- Но, в условиях капитализма, это никому не нужно? - продолжил я его мысль.
- Да, это было никому не нужно, - метнув еще два ножа, подтвердил он. - Построить тысячу зданий, которые простоят по одному году, куда дешевле, нежели построить одно, которое переживет тысячелетие, сможет выдержать сильнейшие землетрясения, наводнения, и, возможно, даже войну.
- У меня всё происходило куда проще: не было необходимости, чтобы сайт просуществовал тысячу лет, - сказал я, наблюдая, как Чёрт и Ангел устроили заплыв на скорость в маленьком квадратном пруду.
- Я бумажки у метро раздавал, подрабатывал продавцом, - совершенно внезапно разоткровенничался Первый. - А ночами продолжал заниматься своим любимым делом, продолжал мечтать и создавать Город из своих грёз. Только для себя.
- И оказавшись здесь, ты создал Город только для себя, - печально заключил я.
На какое-то время повисло неловкое молчание. Я даже не могу представить, что происходило в этот момент в голове у Первого. Там действительно могли разворачиваться совершенно любые события: начиная от идеи прирезать меня и заканчивая логическим обдумыванием моих слов. А может он вообще о единорогах думал, кто знает?