- А потом пришли добрые дяди в сверкающих доспехах? - спросил у нее Курт.
- Я просто не знала, что думать, - произнесла она, и из ее глаз покатились слезы.
- Прекрасно тебя понимаю, - вступил в беседу я. - Ты просто запуталась. А у них были ответы на твои вопросы. Хоть какие-то, но всё же ответы.
- Да, - тихо согласилась она, вытирая слезы.
- Ты ведь понимаешь, что их ответы не совсем логичны, а Пастырь - обычный диктатор, наращивающий свою власть за счет наивности других? - спрашивал Курт, прикоснувшись рукой к решетке.
- Мне описывали вас, как беспощадных убийц, - дрожащим голосом говорила она. - Чуть ли не каннибалами вас называли.
- Ну, если говорить честно, то мы всё же разбили ту группу, в которой ты была, - заметил Курт. Правда, зачем он сделал это именно сейчас, для меня пока непонятно. Логичнее было бы убеждать ее в нашей правоте, но никак не выставлять напоказ наши не совсем положительные стороны. Или это часть тактики Курта?
- Когда меня пленили, я молила Бога о быстрой смерти. Я думала, что меня тут в лучшем случае будут насиловать и пытать, - усмехнулась она сквозь слезы.
- Если Бог и есть, то точно не такой, каким его себе представляют крестоносцы, - сказал Курт.
- Да, если есть, - согласилась она. - Я Маша.
- Я Курт, а это Павел, - кивнул он в мою сторону. - Рад, что мы наконец-то познакомились.
- Вам так надо, чтобы я что-то создала? - задала вопрос Маша, вставая с пола.
- Это нужно тебе самой, - ответил Курт серьезным голосом.
Пленница закрыла глаза, видимо, пытаясь что-то создать. Мы с Куртом застыли в ожидании, даже не шевелились и дышать стали тише, чтобы не отвлечь ее случайно. Буквально через минуту у нее в руке появился стакан с водой. Надеюсь, что стакан с водой, и надеюсь, что она ничего не напутала и не потравит себя. Курт тоже создал себе стакан с водой, и, чокнувшись с решеткой, произнес: "Твое здоровье!".
Курт и Маша опустошили свои стаканы, находясь по разные стороны темницы. Выглядело это достаточно красиво с моего ракурса обзора.
- Как я понимаю, ты меня всё равно сейчас не выпустишь? - поинтересовалась девушка у Курта.
- Ты сделала первый шаг, но пока что я не могу доверить тебе спины своих людей. Свою спину - легко, но никак не моих людей, - объяснял Курт. Впрочем, даже я подозревал, что так и будет. Но я не сомневаюсь, что рано или поздно Курт освободит ее.
- Я не дура, - улыбнулась Маша.
- Я заметил, - ответил улыбкой Курт.
Открыв окошко, я создал порцию еды и передал тарелку пленнице. Так как немного побаиваюсь, что она потравит себя. Изида ведь утверждала, что такие случаи уже имели место быть. Маша быстро приняла у меня тарелку и накинулась на еду. Больше двух суток не ела она, исходя из имеющейся информации.
- Спасибо, - кивнула она мне, пережевывая куриное мясо.
- Не за что, - тихо сказал я. Курт посмотрел на меня, но по его глазам было видно, что он понял причины данного моего поступка и даже одобрил их. - Ну, так что? Что ты узнал обо мне? Ты ведь за этим меня сюда привел?
- Что ты импульсивный я знал и раньше. И что твоя импульсивность мешает тебе думать, я тоже подозревал. А это плохо, так как думалка у тебя очень хорошая, нужно просто иногда сохранять сдержанность, как бы трудно это не было. Но теперь я узнал, что ты правильный и принципиальный. Это неплохое качество для рыцаря, но на войне нет рыцарей. Есть политики, убийцы и солдаты.
- И в чем разница между солдатом и убийцей? - попытался я разведать у Курта его точку зрения более подробно.
- Солдаты просто выполняют свой долг, - начал он. - Им не нравится война, они ее ненавидят, они убивают лишь по необходимости. А убийцам война - мать родная.
- И кто из этой троицы ты? - задал я вопрос.
- Я что-то среднее между этими тремя, - признался Курт и тяжело вздохнул. Видимо, ему действительно нелегко было принимать тот факт, что мирную жизнь он уже плохо представляет. - Изида скорее политик, а вот за Калли и Махмуда я начинаю всерьез опасаться, так как они из солдат всё больше и больше становятся убийцами.
Курт подошел поближе к клетке и посмотрел на нашу новую знакомую, занимающуюся поглощением пищи.
- Маша, я должен оставить тебя на время, - сообщил он, и в голосе его чувствовалась искренняя нотка грусти. Подозреваю, что ему самому не по душе вот так вот держать девушку в плену. - Но я буду навещать тебя так часто, как только смогу. И другие жители Нирваны будут заходить к тебе.
- Хорошо, - согласилась она, проглатывая пищу.
- Удачи тебе, - произнес я.
- Спасибо, Паша. За всё спасибо, - неожиданно поблагодарила она меня.
Мы с Куртом вышли в коридор, закрыли дверь и пошли в сторону выхода. Именно оттуда мы с Калли и Дашей сюда заходили. Эй, а ведь я уже начинаю разбираться в лабиринте! Пускай в небольшой его части, состоящей из прямого прохода, но с моим "топографическим кретинизмом" это уже является немаленьким достижением.